МоскваАфишаКиноБандит с красным фонарём

Бандит с красным фонарём

Триллер
Криминальный
Кино
Авторское кино
18+
Бандит с красным фонарём

Расписание сеансов

26 июля
Кинотеатр

ГЭС-2 КиноБолотная наб., 15
2d
19:30

О фильме

Российская премьера в программе «Краткий курс экс-центричной жизни» «Кто я?» — первые слова фильма произносит за кадром его главный герой Жорже. И правда, кто он, этот бунтарь без причины, шатающийся по трущобам Сан-Паулу с красным фонариком в руке (деталь, которая станет его прозвищем в газетной криминальной хронике), грабящий дома богачей, насилующий их жён и мучающий их пространными, почти философскими беседами? «Этот уникальный сплав мусорного кино категории «Б» с политической теорией открыл в бразильском кино новую эру экспериментов в погоне за адреналином и попытках исследовать пределы дозволенного» — Николас Педреро-Зетцер, Screen Slate Ответ на этот вопрос юный Рожерио Сганзерла, снявший «Бандита» в возрасте 21 года, так и не даст, но его молчание будет красноречивее любых гипотез. Фрагментарный и хаотичный, пулемётно смонтированный и абсурдистски озвученный голосами двух радиоведущих, рассказывающих о судьбе Жорже, «Бандит с красным фонарём» запустил в Бразилии новую кинематографическую волну своими бескомпромиссностью, цинизмом и безудержной формальной свободой. Движение cinema marginal, флагманом которого стал Сганзерла, отвечало на царившую в стране военную диктатуру и тотальную коррупцию криминальными низкосортными сюжетами и бесцеремонной лихостью обращения с киноязыком. В манифесте cinema marginal Cганзерла провозглашал «эстетику мусора», подразумевая, что подлинно политическое, протестное кино рождается лишь из пережёванных, переработанных, переосмысленных аутсайдерами и маргиналами обрывков доминантного культурного слоя. Бесконечно интертекстуальный «Бандит», отсылающий и к Годару, и к Уэллсу, и к Глауберу Роше — но также и к Джиму Хендриксу, тропикалии и жёлтой прессе, — образцовый, ошеломительный пример такого подхода. И он не перестаёт быть актуальным, пока есть общества, нуждающиеся в том, чтобы им вынесли правдивый диагноз. О программе «Краткий курс экс-центричной жизни» История жеста в кино как история движения к утраченному и невысказанному — в новой кинопрограмме Дома культуры. Жан-Люк Годар, присев уткой, пятится по направлению к спорткару — но так и не может в него усесться: приходится, козырнув водителю, буквально нырнуть в окно машины. Жоау Сезар Монтейру, преодолев клоаку лиссабонской канализации, бесконечно медленно поднимается из клубов пыли, словно чудовище из довоенного кино. Кэтрин Хепбёрн меланхолично вращает рукой под светом лампы — рассматривает браслет на запястье и одновременно всматривается в контуры своей будущей смерти. А звезда гонконгского кино Сюй Фэн, скрываясь от погони, вдруг нарушает законы физики, взлетая на верхушки бамбукового леса. Всё это примеры разнообразных по своей пластике и предназначению экранных жестов, парадоксальным образом способных разрушить для зрителя иллюзию погружения в фильм — и напомнить, что он смотрит кино, тем самым заставив осмыслять сам процесс смотрения. Такой силой не обладают ни образ, ни текст. «Сущностный признак кинематографа — жест, а не образ», — писал Джорджо Агамбен. Итальянский философ, среди прочего, подразумевал, что именно жест, запечатлённый камерой, способен вывести кинематограф из пространства эстетики в область этики и политики. По Агамбену, жест на экране способен освободить образ, вернув ему подвижность. Он показывает то, что не может быть высказано, и в этом плане всегда является гэгом в буквальном значении английского gag: тем, что затыкает рот, препятствуя слову. У большинства зрителей гэг ассоциируется с эксцентрикой. Но последняя может быть достоянием не только комедийного жанра. Исследовательница философии кино Джанет Харборд, отталкиваясь от идей Агамбена, выводит теорию «экс-центрического кино», противопоставляя его «центрическому», где жест стоит на службе клише и стандартизированного нарратива. Экс-центрическое кино становится территорией, где жест возвращает себе этическое и политическое измерение и выражает то, что не может быть сказано с помощью языка. Программа «Краткий курс экс-центричной жизни» предлагает всмотреться в природу жеста и эксцентрики в кино на примерах фильмов разных жанров, эпох и степеней свободы, доступных режиссёрам. Выбранные картины образуют своеобразный исторический маршрут, отражающий движение от традиционных центров кинопроизводства туда, где маргинальное и радикальное оказываются способны пробудить подлинные возможности кино. От Бориса Барнета, Сергея Юткевича, тайваньца Кинга Ху и одной из считанных женщин-режиссёров довоенного кино Дороти Арзнер — к режиссёрам 1960–1980-х, стоявшим особняком от массового кино: Жан-Люку Годару, Жоау Сезар Монтейру и отцу бразильского cinema marginal Рожерио Сганзерла. Программу завершают два свежих фильма филиппинских режиссёров, для каждого из которых эксцентрика становится инструментом медиаархеологии — изучения медиа настоящего через призму прошлого. Жесты, гэги и пластика персонажей одной эпохи апроприируются другой, современной, чтобы возродить из небытия третью. Что это, как не урок освобождения кино от уз образов, текста и самого времени?

Премьера:24 июля 2024
Директор:Рожериу Сганзерла
Сценарист:Рожериу Сганзерла
В ролях:Элена Игнис, Пагано Собринью, Луис Линьярис, Хелио Агуар, Луиш Альберто, Армандо Баррето, Ленуар Биттенкур, Соня Брага, Лола Бра, Озуальдо Рибейро Кандейяс, Морис Каповила, Ренато Консорте, Невилл Де Альмейда, Карлос Фара, Гаушо, Júlio Grimberg, Сержиу Хиншт
Композитор:Рожериу Сганзерла
Время:92 мин.
Страна:Бразилия
Оригинальное название:O Bandido da Luz Vermelha