«Человек в земле, а виновных нет». Как брат погибшего после фестиваля Signal бармена из Москвы уже год пытается достучаться до следствия

«Я благодарю за то, что дышу, живу. Благодарю за здоровье, что занимаюсь спортом. Благодарю за родителей и моих братьев, я очень их люблю. Спасибо за родных и друзей. Я благодарю за жизнь», — писал в личном дневнике 34-летний Руслан Досаев.

Вскоре после этого жизнь бармена из Москвы оборвалась. Год назад, в ночь на 20 августа, в калужском арт-парке «Никола-Ленивец» нашли его тело. По интернету разлетелось видео, на которых запечатлены последние минуты жизни Руслана: его связали и удерживали несколько человек. Впоследствии на лице, шее и ногах молодого человека нашли множественные ссадины и гематомы.

После того как брат Руслана поднял шумиху в социальных сетях, ситуацией заинтересовались правоохранители. 21 августа 2024 года Следственный комитет возбудил уголовное дело. Но не по статье об убийстве (105 УК РФ), а по незаконному лишению свободы (часть 1 статьи 127 УК РФ).

В июне 2025 года СК вовсе закрыл дело «за отсутствием состава преступления». Благодаря усилиям брата погибшего и его адвоката расследование возобновили. MSK1.RU рассказывает, что изменилось за это время и как семья Руслана Досаева уже год борется за правду.

В семье Досаевых Руслан был средним ребенком. Молодой человек вырос в Москве, здесь же поступил в Российский государственный технологический университет имени Циолковского (МАТИ). Но биоинженером, на которого учился, Руслан так и не стал.

После выпуска молодой человек работал барменом, а в последние годы стал выступать с диджей-сетами и снимать клипы для знаменитостей. Одной из клиенток Руслана была звезда КВН Елена Борщева.

«Руслан очень хотел стать популярным. Он и стал после смерти, вся страна узнала. Но какой ценой… В последнее время он часто думал о семье, мечтал найти девушку-татарку и на ней жениться», — рассказывает MSK1.RU брат погибшего Раис Досаев.

Раис объясняет, ближе брата у него никого не было.

«Помню, Руслана родители на дискотеку отпускали. Я просился с ним. Он уходил, но всегда возвращался, говорил: „Ладно, одевайся вместе пойдем“. Даже если ему неудобно было, он же старший, у него же там свои друзья», — тепло вспоминает он.

По версии следствия, в ночь с 19 на 20 августа Руслан стал инициатором конфликта. Он перевернул музыкальную колонку, выбросил в костер пауэрбанк одного из отдыхающих, после чего избил его. Также он «применил насилие» в отношении другого молодого человека, который попытался оттащить бармена от пострадавшего.

Несколько отдыхающих и сотрудники охраны пресекли потасовку и связали Руслана хомутами и кабелями, после чего вызвали полицейских. Когда силовики прибыли на место, Руслан уже не подавал признаков жизни.

Как утверждает Раис, его брат был неконфликтным человеком. Со слов очевидцев, в тот вечер Руслан хотел познакомиться с одной из отдыхавших в арт-парке девушек. Но вдруг появился ее молодой человек и завязалась драка.

«Брат звал на помощь, одна девушка подбежала и стала кричать: „Что вы творите?“ На что ей один из мужчин ответил: „Иди на *** отсюда или сама получишь!“ Она потом сказала, что по глазам поняла, что мужик, который ей угрожал, под наркотой», — рассказывал MSK1.RU Раис.

Утром 20 августа калужские следователи позвонили Раису и сообщили, что его брат мертв. По словам Досаева-младшего, с первых дней следователь пыталась убедить его, что в гибели Руслана «нет криминала» и никто не виноват.

«В Сети уже распространилось видео, как охранники душат моего брата коленом, были фотографии, где он связанный лежит, и лицо у нее красное от гематом и ссадин. Я показываю это следователю и спрашиваю: „По вашему, от чего это?“ Она ответила, что он просто „обтерся лицом о землю“, — негодует Раис.

Тело обследовали судмедэксперты. Когда Раис приехал забирать брата, его ждало новое потрясение: лицо Руслана было синее от гематом, нос сломан, на ногах следы от хомутов, а череп деформирован, словно перед смертью бармена били по голове.

«С одной стороны, друзья твердили о повторной экспертизе, с другой — звонила мать в слезах и молила: „Привезите мне моего сына“. Забирать Руслана из морга приехало человек 40–50. Похоронили брата мы в Нижегородской области, где живут родители», — рассказывает Раис.

Адвокат семьи Досаевых Алхас Абгаджава в корне не согласен со Следственным комитетом, который возбудил уголовное дело по статье о незаконном лишении свободы.

«Всегда в таких случаях возбуждалось дело по 105-й статье (убийство), потому что надо отталкиваться от худшего, потому что потом ты никого не найдешь, когда придешь к выводу, что всё-таки было убийство», — объяснял свою позицию MSK1.RU адвокат.

Как уверяет Абгаджава, статья 127 не подходит для ситуации, где человек погиб, она «применяется исключительно к оставшимся в живых». У защитника вызывает недоверие и то, что оно квалифицируется по части 1. Согласно УК РФ, это подразумевает, что погибшего бармена удерживал один человек. Хотя на видео, снятых очевидцами, можно заметить, что людей, связавших бармена, было несколько.

Следователи подтвердили MSK1.RU, что на теле погибшего бармена зафиксировали множественные ссадины и кровоподтеки в области лица, туловища, на руках и ногах. Но в причинно-следственной связи со смертью они не стоят: у бармена якобы просто остановилось сердце.

Весь этот год Раис занимался собственным расследованием дела: разговаривал со свидетелями, выяснял имена тех, кто удерживал Руслана, делал всё, чтобы о гибели его брата не забыли.

«Я беседовал со следовательницей, которая занимается делом. Она говорила: „Вот Раис там выкладывает у себя информацию, пусть приедет и с нами поделится“. Я тогда спросил у нее, в себе ли она, ведь по сути парень делает ее работу. Слова Раиса нельзя использовать как доказательство, он не участник событий. Нужно трясти совершенно других людей», — негодует Абгаджава.

В июне 2025 года дело закрыли за «отсутствием состава преступления». По словам Абгаджавы, он и родственники узнали об этом от «освобожденных от ответственности подозреваемых».

«Они подали иск о клевете на одного из свидетелей, и тот уже прислал постановление о прекращении дела нам. Ни мне, ни Раису не пришло оно. Я обжаловал постановление, даже не имея его на руках», — рассказывал MSK1.RU Алхас Абгаджава.

Параллельно с этим Раис бил во все колокола: направил жалобу на имя главы СК Александра Бастрыкина, писал комментарии в группе центрального аппарата ведомства. В итоге после поручения Бастрыкина производство возобновили и поставили на контроль.

Дело Руслана перевели в первый отдел по расследованию особо важных дел СУ СК России по Калужской области. Правоохранители тогда сообщили MSK1.RU, что версия о криминальном характере смерти «объективного подтверждения не находит».

«Они даже по травоядной статье о незаконном лишении свободы никому не предъявили обвинение. Получается, что Руслана никто не связывал? Ну уж с этим трудно спорить, если парня нашли в хомутах. Год идет следствие, человек в земле, а виновных нет», — возмущается адвокат.

Не дает покоя родственникам Руслана и их представителю то, зачем необходимо было связывать бармена.

«Неужели эти люди не могли вызвать полицию? Или семь человек не могли его просто подержать до приезда силовиков? Почему Руслана надо было избить? Мы полицейских привлекаем, если они при задержании используют излишнюю физическую силу. А с чего обычным гражданам безнаказанно это можно делать?» — негодует в разговоре с MSK1.RU адвокат.

Родственники и защитник настаивают: шанс спасти Руслана был.

«Почему никто не вызвал скорую помощь? А если вызывали, то почему никто не приехал? Мы ведь не в каменном веке живем, Калужская область — цивилизованное место. Следственно-оперативная группа приехала под утро. Всё это время он один лежал в поле. Куда вдруг все окружающие испарились? Был ли кто-то с ним, когда он умирал?» — задается вопросами Абгаджава.

В июле 2025 года наша редакция в очередной раз направила запрос в СК. Как сообщили MSK1.RU в ведомстве, причиной смерти Руслана стала кардиомиопатия, которую осложнили нарушение ритма, острая сердечная недостаточность, отек легких и головного мозга на фоне интоксикации наркотиками.

Ранее, в сентябре 2024 года, в СК также сообщали MSK1.RU, что в крови Руслана было обнаружено несколько видов наркотиков.

Как отметил врач-кардиолог Бранислав Богунович, дословный перевод диагноза «кардиомиопатия» — это болезнь сердца неизвестной причины. По его словам, при расширении желудочка сердца возможна аритмия, которая может привести к опасным и даже фатальным последствиям.

«Как правило, причина в такой ситуации остается неизвестной, может быть следствием перенесенной ранее болезни, которую во время не отследили», — отметил врач.

Как подчеркнул в разговоре с MSK1.RU кардиолог, ни наркотические средства, ни алкоголь не могут быть поводом для обострения.

По словам адвоката семьи Досаевых, сейчас следователи планируют назначить еще одну судебно-медицинскую экспертизу. Провести ее хотят в бюро при Следственном комитете России в Москве. Но и здесь не всё просто — учреждение перегружено, и родственники погибших годами ждут своей очереди. Срок давности по 127-й статье, по которой ведется дело Руслана, всего два года. Он может истечь, пока приведенные калужскими судмедэкспертами данные будут проверять.

В ответе на запрос MSK1.RU СК заявил, что потерпевший (Раис Досаев. — Прим. ред.) «неоднократно вызывался для дачи дополнительных показаний по уголовному делу и на личный прием к руководителю следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калужской области, однако от явки уклоняется».

По словам Раиса, всё совершенно не так: следователь, которая работает над делом, не выходит на связь ни с ним, ни с его адвокатом.

«Я отправил заявление следователю заказным письмом. Через пару дней оно пришло мне обратно, она его даже не взяла. Я написал жалобу Бастрыкину, мол, как вышло, что СК не принимает письма от потерпевшей стороны и не отвечает на звонки», — рассказывает молодой человек.

После возобновления уголовного дела адвокат вновь приехал в Калужский СК. Тогда, по словам Агабаджавы, с него попытались взять расписку о неразглашении материалов следствия (статья 161 УПК).

«Обычно ее просят, когда адвокат защищает обвиняемого. Но здесь всё иначе, я представитель потерпевшего. О каком неразглашении идет речь, если я материалов дела-то не видел? Меня даже с постановлением о его прекращении в июне не ознакомили», — возмущается Абгаджава.

Когда трагедия только произошла, в Сети поднялась шумиха: издания публиковали новости, друзья бармена по крупицам собирали информацию от очевидцев.

«Группу, где ребята делились ходом расследования, прикрыли спустя два месяца. Ребята разругались, и всё распалось. С того момента я и мой адвокат занимаемся этим самостоятельно, никто нам не помогает», — рассказал MSK1.RU Раис.

Сейчас, по словам молодого человека, всё меньше людей хочет говорить о гибели Руслана. Несмотря на это, Раис не теряет надежды довести дело до суда, чтобы наказать убийц своего брата.

Редакция MSK1.RU направила еще запрос в Следственный комитет Калужской области, чтобы выяснить дополнительные детали случившегося. Как только нам придет ответ, мы его опубликуем.