Россияне никогда не жили так хорошо, как сейчас? Эксперты поспорили о реальном уровне жизни в стране

Стали ли россияне жить лучше? Споры эти давно вышли за пределы сухой статистики. Пока чиновники радуются официальному росту доходов и покупательной способности, обычные люди всё громче жалуются на стремительно дорожающие продукты, недоступный отдых… Да и вообще на ощущение, что денег больше не становится.

Кто прав?

Директор Института социально-экономических исследований Финансового университета при правительстве РФ, доктор экономических наук Алексей Зубец убежден: сегодняшняя Россия переживает один из самых благополучных периодов по уровню доходов населения.

Основатель кадрового портала SuperJob Алексей Захаров, напротив, считает, что общие показатели слишком часто создают иллюзию благополучия и мало говорят о жизни конкретного человека.

К слову, на слова Зубца о высоком уровне жизни отреагировал руководитель фракции «Справедливой России» Сергей Миронов, который заявил «Газете.Ru», что россияне стремительно беднеют из-за налогов и высокой ключевой ставки, а не живут лучше.

Подробности — в материале MSK1.RU.

Алексей Зубец говорит, что смотреть нужно не на эмоции, а на покупательную способность. По его словам, Росстат регулярно пересчитывает доходы населения в количество товаров, которые можно приобрести на среднюю зарплату. И вывод, по мнению экономиста, однозначен:

«Никогда россияне не могли купить так много продовольственных товаров, как сейчас, на свой доход».

Есть лишь несколько исключений: снизилась доступность говядины, рыбы, хлеба и подсолнечного масла. Но по большинству остальных продовольственных позиций возможности покупателей, говорит Зубец, только выросли.

Причем нынешние показатели, утверждает экономист, превосходят даже докризисный 2013 год, который многие эксперты долго называли пиком благополучия.

По словам Зубца, растет не только покупательная способность. Социологические исследования якобы также показывают позитивную картину: всё меньше людей говорят, что вынуждены экономить на еде, зато всё больше семей заявляют о наличии финансовой подушки.

«Количество людей, которым приходится экономить на продуктах питания, сейчас стремится к одному из минимальных значений за долгое время», — говорит Зубец.

Отдельные группы населения испытывают трудности, отмечает Зубец. Но если смотреть на страну в целом, «средняя температура» сейчас находится на одном из лучших уровней за многие годы.

Причину происходящего Зубец видит в так называемом бюджетном импульсе. Государство с 2022 года активно расходует средства на инфраструктурные проекты, промышленность, оборонный сектор, выплаты военнослужащим. Эти деньги, объясняет экономист, постепенно проходят через компании (в том числе государственные) и в конечном итоге оказываются в карманах обычных работников. Поэтому, считает Зубец, реальные доходы населения продолжают расти даже несмотря на замедление экономики.

«Мы должны смотреть не на ВВП, а на доходы населения. А доходы населения у нас не падают!» — говорит Зубец. — «Говорить о том, что мы там беднеем, я бы не стал. Понятно, что есть люди, которые чувствуют себя плохо. Но такие люди были всегда. Но в целом средняя температура по больнице сегодня на одном из оптимальных значений за последние годы».

Алексей Захаров говорит, что разговор о выросшем среднем уровне жизни начинается с фундаментальной ошибки — использования средней зарплаты.

«Когда продавец в „Пятерочке“, получающий 60 тысяч рублей, слышит, что средняя зарплата в Москве — 200 тысяч, он как минимум не верит, а как максимум раздражается», — говорит Захаров. — «Абсолютное большинство москвичей, да и в целом россиян, получает зарплату сильно ниже средней. Процентов 70, думаю. Еще процентов 20 получают в районе среднего. А вот остальные и дают картину, будто у всех всё хорошо».

То есть несколько очень высоких зарплат способны резко поднять среднее значение, хотя большинство работников до него даже близко не дотягивает. Поэтому сами средние показатели, считает Захаров, практически бесполезны. Вместо этого нужно использовать медианную зарплату и анализировать отдельные профессии, а не всё население сразу.

Захаров предлагает максимально приземленный способ оценки благосостояния — не сравнивать абстрактные зарплаты. А сравнить, сколько товаров человек может приобрести на свой доход.

«Ну, например, надо брать среднюю зарплату продавцов в условной „Пятерочке“ и смотреть: они могут купить колбасы больше, чем год назад? Сомневаюсь. Скорее, меньше. Инфляция большая», — говорит Захаров.

Именно поэтому люди зачастую не ощущают улучшения собственного положения, даже если статистика фиксирует рост доходов.

Еще одна претензия Захарова к аргументам Зубца — чрезмерные обобщения. Есть отрасли, где доходы действительно выросли значительно быстрее инфляции (например, оборонка или IT). Но можно ли распространять этот опыт на всю страну?

«Для работников ВПК или военнослужащих зарплата выросла больше инфляции. Но обобщать это на всех россиян — как минимум непрофессионально», — уверен Захаров.

Он убежден: человек не может начать жить существенно лучше только потому, что прошло время. Если продавец двадцать лет остается продавцом, работает те же восемь часов и выполняет ту же работу, то принципиального скачка уровня жизни быть не должно.

Чтобы жить лучше, необходимо либо повышать свою производительность, либо переходить на другую работу, либо получать более высокую квалификацию. А не просто ждать, что государство осыплет золотыми монетами.