СЕЙЧАС +20°С
Все новости
Все новости

История одной любви: как усадьба Кусково стала мастхэвом московских молодоженов

Москвичи хорошо знают усадьбу Кусково, расположенную в Восточном округе столицы, которая и сейчас напоминает о былом величии и могуществе прежних хозяев – Шереметьевых. В Кусково постоянно проводятся всевозможные выставки и экскурсии, снимаются художественные фильмы.

Почти всегда рядом с парадных входом стоят свадебные кортежи. Почему молодоженов, даже тех, кто не знает истории, тянет именно сюда? На Воробьевы горы – понятно, это московская традиция. Но почему в Кусково?

Энергетика здешних мест до сих пор пропитана романтикой прошлых лет. Именно здесь два века назад произошло то, что долгое время было главной темой обсуждения московской знати: граф Николай Петрович Шереметьев женился на своей крепостной Прасковье Ковалевой. Впрочем, прежде чем поведать читателю эту удивительную историю, давайте вместе пролистаем страницы славной летописи рода Шереметевых.

Этот старинный боярский род берет свое начало со знаменитого Бориса Петровича, первым в России получившего графский титул и огромное состояние от Петра I за свои многочисленные военные заслуги. Генерал-фельдмаршал Борис Петрович был выдающимся дипломатом и полководцем, участвовал во всех решающих сражениях со шведами в Северной войне, а во время Полтавской битвы с войсками швед­ского короля Карла XII был главнокомандующим русской армии.

После смерти Бориса Петровича в 1719 году все его состояние, в том числе и усадьбу Кусково, унаследовал сын фельдмаршала граф Петр Борисович, который занимал ведущее место при цар­ском дворе. Он, так же как и отец, был великосветским вельможей и обладал дипломатическим та­лантом. Он хорошо умел уживаться со всякими дворцовыми порядками, что позволило ему пережить царствование Екатерины I, Петpa II, Анны Иоанновны, Анны Леопольдовны, Елизаветы Петровны, Петра III и Екатерины II.

Женился Петр Борисович в 1743 г. на самой красивой по тем канонам красоты и самой богатой невесте в Москве — Варваре Алексеевне Черкасской. Ее отец, князь Алексей Михайлович Черкасский занимал высокий пост канцлера при дворе, и был родственником царя Михаила Романова.

С женитьбой на княгине Черкасской граф Шереметев к своему огромному состоянию по­лучил еще множество вотчин, в том числе, загородную подмосковную мест­ность, которая называлась «Черкасский огород, что за Сухаревой башней». Именно здесь потомками Петра Борисовича будет построен Странноприимный дом – приюта и больницы для бедных и больных.

В 28 июня 1751 году у Петра Борисовича Шереметева и Варвары Алексеевны родился сын, Николай – тот самый Николай Петрович Шереметьев, который впоследствии и взбудоражил свет своей любовью к крепостной.

Варвара Алексеевна Шереметьева умерла через год после рождения сына. Воспоминания о матери сопровождали Николая Петровича всю жизнь. Ее обручальное кольцо он бережно хранил вместе с другими священными реликвиями.

Петр Борисович пережил свою супругу на 36 лет, и умер только в 1788 году, оставив своему сыну колоссальное состо­яние. Николай Петрович стал одним из богатейших людей России, и был, прямо сказать, завидным женихом.

И вот тут-то произошло то, чего никак не ожидало его великосветское окружение: он без памяти влюбился в свою крепостную актрису Прасковью Ковалеву. Учитывая то, что Николай Шереметьев был человеком не только богатым, но еще и известным, это, с точки зрения общества, было абсолютно недопустимо! Он был образованным и влиятельным человеком, объехавшим всю Европу, учился в знаменитом Лейденском университете, был знаком буквально со всеми видными российскими художниками, скульпторами, архитекторами конца XVIII столетия. И вдруг крепостная актриса. Но так ли вдруг?..

Прасковью забрал в барский дом еще его отец – Петр Борисович, который жил на широкую ногу и очень любил театр. Он организовывал в усадьбе спектакли, оперы и прочие представления. Именно для театра он и забрал в барский дом девочку, дочь крепостного кузнеца Ивана Степановича Ковалева, которой едва исполнилось 8 лет. Семья Ковалевых жила бедно, а Иван Ковалев имел еще и физический недостаток (за что в подушном окладе так и было записано «Горбун»), что, впрочем, не мешало ему отлично ковать лошадей.

Надо сказать, что к крепостным артистам у старого графа было трогательное отношение. Они не могли быть проданы, а за выступления им платили деньги.

Любовь к театру передалась и молодому графу. Николай Петрович поставил дело на широкую ногу и построил для этого театр в виде отдельного здания.

Что же касается Прасковьи, то каждый ее день дотемна был заполнен занятиями. Она занималась вокалом, училась играть на музыкальных инструментах. И вот как-то раз Николай Петрович пришел к музыкантам, когда они играли на клавикордах, а Прасковья пела. Шереметьеву необычайно понравилось пение юной актрисы, которая отличалась не только прекрасными артистическими данными, но редким, исключительной красоты и силы, голосом - лирическим сопрано. С этого дня ее воспитанию стали уделять особое внимание. Девочка обучалась французскому и итальянскому языкам, драматическому искусству, училась играть на фортепьяно, арфе, гитаре.

Вскоре состоялся дебют Прасковьи, который, признаться, был неудачным. Однако следующее выступление произвело истинный фурор. Может, успеху способствовало то, что граф поменял ее «мужицкую» фамилию Ковалева на Жемчугову, а в опере Монсиньи «Дезертир» дал ей главную женскую роль? Так или иначе, но выступление было подлинным признанием юного таланта. Когда Прасковья закончила арию, раздалось нескончаемые аплодисменты, а на сцену полетели кошельки. Молодой граф был в восторге. Еще бы: за какие-нибудь два—три года девочка стала популярной актрисой, и ее выступлений ожидали с нетерпением.

Когда в Кусково был построен новый театр, на его открытие пригласили императрицу Екатерину II. Она была покорена выступлением артистов и наградила их тысячью червонцев, а Прасковье Жемчуговой пожаловали бриллиантовый перстень.

Шло время. Из маленькой девочки Прасковья превратилась в очаровательную девушку, прекрасно образованную, популярную, хорошо воспитанную. И вот, когда ей исполнилось 20 лет, 37-летний Николай Шереметьев, окончательно понял, что влюбился в крепостную актрису. Случайно это совпало со смертью отца или нет – неизвестно… Наверняка, Николай и раньше горячо любил Прасковью. Скорее всего он и раньше тайно встречался с ней, но боялся своего отца, боясь, что тот осудит и лишит его наследства.

Но теперь Николай Шереметьев не сдерживал более нежных чувств, которых, по его признанию, никогда прежде не испытывал! Не удивительно, что Прасковья ответила взаимностью, и вскоре они вместе поселились в Уп­равительском дом с небольшим садиком.

Все это, естественно, служило нескончаемой темой разговоров и сплетен в великосветском обществе, но Николая Шереметева теперь заботило не это. Что будет, когда у них родится ребенок? Видимо, они обвенчаются, а Прасковье нужно будет дать вольную. Но брака с крепостной высший свет ему не простит, особенно родственники.

Неизвестно, как бы развивалась эта история, если бы в 1800 году Екатерина II не назначила Николая Петровича сенатором и не пригласила его в Петербург. Они поехали вместе с Прасковьей, которая дала там несколько великолепных концертов. Концерты имели потрясающий успех, а Павел I, ступивший тогда на престол, лично подарил Жемчуговой драгоценный перстень.

После одного из выступлений Прасковья почувствовала себя плохо. Вначале думали, что сказалось переутомление, но вскоре после визита одного из лучших врачей выяснилось, что Прасковья больна туберкулезом. В те времена "чахотка" была практически неизлечима.

Николай Петрович был совершенно обескуражен, но именно это подвигло его на решительные действия. В декабре этого же года он дал всей семье Ковалевых вольную и принял решение обвенчаться с Прасковьей Ивановной. Однако здесь он мог оправдать свой поступок перед светом только одним – произвести Жемчугову в дворянки. Но как это сделать? Здесь неоценимую услугу графу оказал крепостной стряпчий Никита Скворчев. Он подобрал в архиве графа необходимые факты, свидетельствующие о том, Прасковья Ковалева - польская дворянка рода Кова­левских. Якуб Ковалевский, якобы, еще в 1667 году оказался в русском плену, а осиротевшие после его смерти потомки нашли пристанище в доме фельдмаршала Шереметева. На «дворянке» Ковалевской и женился Н. П. Шереметев. В качестве доказа­тельства граф даже подарил ей медальон на золотой цепочке с портретом «названного» отца.

26 ноября 1801 года Николай Петрович и Прасковья Ивановна обвенчались в церкви Симеона Столпника, что на Поварской улице. Венчание по желанию обоих было тайным.

Вот, собственно, и конец этой удивительной истории. 2 февраля 1803 года Прасковья Ивановна родила теперь уже законному мужу сына Дмитрия, а через три недели… умерла. Она знала, что первые роды в возрасте 35 лет и тяжелая болезнь могли закончиться плохо, но…

Похороны были пышными, однако никто из знатных вельмож, еще недавно восхищавшихся талантом Прасковьи, не удостоил их своим присутствием. За гробом шли только ее друзья-актеры и почитатели актрисы, самый близкий ей человек Николай Петрович Шереметев и друг семьи — старый мудрый архитектор Джакомо Кваренги.

Похоронили графиню Прасковью Ивановну Шереметеву в Пе­тербурге в Александро-Невской лавре, в церкви святого Лазаря. На могильной плите было записано: «Храм добродетели душа ее была, мир, благочестие и вера в ней жила, в ней чистая любовь, в ней дружба обитала»...

Кончина любимой супруги настолько сразила Николая Петровича, что он не мог более ничем заниматься, и тратил все силы на строительство Странноприимного дома, убежища для бедных, обездоленных, престарелых, увечных и больных, который они начали вместе с Прасковьей Ивановной при ее жизни. Именно она, хорошо зная судьбу бедных девушек-бесприданниц, завещала предусмотреть особый вид милосердия: вы­дачу приданого девушкам неимущим и девушкам-сиротам.

Странноприимный дом, как уже упоминалось, строился в «Чер­касских огородах». Так и значилось в межевых книгах 1768 г., а местность эта лежала между улицей, идущей к Красным воротам и Грохольским переул­ком - тогдашний пригород Москвы. Здесь все было в запустении и почти никто не селился после эпидемии чумы в Москве, от которой умерло более 150 тыс. человек.

По проекту в Странноприимном доме размещались богодельня (дом престарелых) на 100 мест, больница на 50 мест и так называемая гостиница, где могли получить приют, горячую пищу и ночлег нищие и бездомные. В богодельне получали также одежду, обувь, белье.

К строительству здания приложили руки известнейшие мастера того времени: архитектор и друг семьи Шереметьевых Джакомо Кваренги, Джованни Жилярди, живописец Доминико Скотти, который и расписал купол церкви Живоначальной Троицы Странноприимного дома. Словом, это величественное сооружение, было в полном смысле слова Дворцом Милосердия. Всего в строительство и оборудование Дома было вложено три миллиона рублей - фантастическая сумма, равная примерно пяти миллиардам сегодняшних рублей. Даже войска Наполеона, вторгшиеся впоследствии в Москву, приняли величественную постройку вначале за господский дом и были крайне удивлены тем, что это благотворительное учреждение.

Николай Петрович Шереметев скончался 2 января 1809 г., пережив свою любимую жену только на 6 лет, не дожив всего полгода до открытия Странноприимного дома, который распахнул свои двери 24 июня 1910 года. На торжественное открытие было разослано более тысячи пригласительных билетов, также прибыли все бедные, кому было назначено пособие и девушки, получавшие приданное по завещание Прасковьи Ивановны.

Надо сказать, что получение приданного было особенным и трогательным обрядом. Девушки тянули из урны билетики, на которых значилась сумма, составлявшая обычно от 50 до 200 рублей. Чтобы получить деньги, девушка должна была в течение трех лет с момента жеребьевки выйти замуж, венчаться в церкви Странноприимного дома и предоставить в его Совет свидетельство о совершении бракосочетания.

Сын Николая Петровича Шереметьева Дмитрий продолжил дело своего отца и был попечителем Странноприимного дома, его дело продолжили потомки, не бросившие детище своих предков даже после революции 1917 года.

А что же сейчас? Стоит, как прежде, Странноприимный дом. Находившийся много лет в позорном запустении, он обветшал, и только фрески да дивная роспись напоминали о былом великолепии. Но вот в 2001 году власти Москвы наконец решили реставрировать и восстановить первоначальный облик Странноприимного дома. Работы шли пять лет; москвичи и гости столицы могли поэтапно наблюдать, как возвращается утраченная старина. Сейчас архитектурный ансамбль радует глаз - мы видим Странноприимный дом глазами граждан времен графа Н.П. Шереметева.

В храме Живоначальной Троицы, расположенном центре самого дома, также полностью воссоздали интерьер - восстановлены иконостас, барельефы, колоннада из белого мрамора и подкупольная фреска, над величественным куполом засиял золотой крест. И всё это по праву вернули Православной Церкви. Сейчас Храм действующий, туда может прийти любой желающий.

Стоит, как прежде, и усадьба Кусково. Не просто, вероятно, в наше сложное время содержать все ее постройки в хорошем состоянии, и это, конечно, заслуга и руководства музея и городских властей.

В парке Кусково обычно много народу. Сюда приезжают не только молодожены. Многие просто приходят погулять в этот замечательный, живописный уголок Москвы, где в свое время собиралось высшее общество и бушевали страсти.

... И если зайти в парк поздним летним или осенним вечером, когда он уже закрыт; пройти по тенистой аллее, то можно в удивительной для Москвы тишине услышать едва различимый звук быстрых шагов, шуршащий по гравиевой дорожке. Присмотритесь, и вы увидите вдалеке легкую фигуру молодого графа Николая Шереметьева, который тайно спешит к своей юной возлюбленной - крепостной актрисе Прасковье, не зная еще, что их любовь переживет века.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter