«Я услышал первый плач своего сына»: партнерские роды глазами мужа и жены

Наш челябинский коллега, корреспондент 74.RU Александр Шестаков и его супруга Анастасия приняли решение рожать вместе. После того как счастливое событие случилось и первые волнения улеглись, они поделились своими впечатлениями от партнерских родов. Приводим их рассказы от первого лица (сильно впечатлительным советуем воздержаться от прочтения). Александр Решение о партнерских родах мы приняли с моей женой Анастасией в первые дни, когда узнали о беременности. За 9 месяцев моя супруга просмотрела десятки видео на тему родов с советами, что и как нужно делать, когда настанет час икс. Мне хотелось ей помочь побороть ее страхи и, если что-то пойдет не так, быть рядом с ней. Предполагаемую дату родов врачи поставили на 28 марта, но на тот момент у нее не было еще никаких признаков родов, и жена попросила подождать с госпитализацией в роддом. При этом она продолжала посещать врача в женской консультации. Так мы с Настей дожили до 7 апреля и приняли решение, что пора. Тренировочные схватки уже шли вовсю, некоторые, по отзывам жены, были болючие. Настало время ехать в роддом. Первая точка, когда ты попадаешь в роддом, это приемный покой. Здесь происходит оформление. Меня дальше не пустили, а Настю повели делать УЗИ, КТГ и прочие процедуры для анализа состояния ребенка и прогноза родов. Вещи ей помогли донести до палаты санитары. А я поехал на работу: врачи предупредили, что схватки будут долгими, в это время Настя была в палате с другими беременными. Вечером Настя сообщила мне, чтобы я готовился ночью ехать, роды близко. В 1:40 ночи раздался звонок, взволнованная супруга просила ехать как можно скорее в роддом, на осмотре раскрытие [матки] было уже большим. Я тут же вызвал такси и приехал. Когда зашел на территорию больницы, слегка замешкался, ища нужные двери — все были закрыты. Увидел кнопку звонка у входа в приемный покой. Позвонил, и мне открыла дверь дежурная медицинская работница. Я кратко объяснил суть вопроса — жена рожает. Назвал ей фамилию, она посмотрела в регистрационный журнал, после чего позвала санитара, он меня проводил до лифта, поднялся вместе со мной до нужного этажа. Когда я проходил мимо палаты, где была Настя, она заметила меня и позвала. Так для меня начались партнерские роды. Когда я зашел в палату, удивился, насколько та обустроена и комфортна. В родильной палате Насти был отдельный санузел с душем. И всё это — на партнерских родах по ОМС в бесплатной палате. Свет был выключен по просьбе супруги. Горели только маленькие фонарики. Моя Настя уже лежала на родильном кресле. Чем ближе к появлению ребенка, тем ей было тяжелее. Она монотонно дышала и в момент, когда очередная волна схватки накрывала ее, кричала очень громко. Воды отошли через час после моего приезда. Всё это время я держал ее за руку, ей так было спокойнее. Зашли врачи и включили свет. «Началось всё самое интересное», — подумал я. Кстати, на удивление врачи были все молодого или среднего возраста вопреки стереотипу о пожилых кадрах в медицине. Насте объяснили, что будет дальше и что ей нужно делать. Если коротко, суть такова: моя жена должна была набрать полную грудь воздуха, начать тужиться и постепенно проглотить воздух. Среди захлестывающих ощущений она далеко не с первого раза поняла, как это сделать. Медикам пришлось прибегнуть к эпизиотомии (небольшой разрез, облегчающий ребенку выход на свет. — Прим. ред.). Через непродолжительное время показалась головка нашего сына. Это было очень стремительно и сопровождалось самыми яркими и неподдельными эмоциями всех присутствовавших. Я услышал первый плач своего сына. Потом ему прочистили дыхательные пути и положили на грудь Насте. Через пару минут ему пересекли пуповину, измерили его рост и вес, написали данные на бирочке и отдали мне на руки. Это потрясающее впечатление, когда ты видишь глаза своего сына, видишь все самые первые его эмоции и прижимаешь к своей груди. После родов врачи предложили нам заполнить согласия на прививки ребенку. Настя настороженно относится к медикаментозным вмешательствам в первые дни жизни ребенка. Врачи больницы деликатно и профессионально ответили на наши вопросы о прививках. После заполнения всех необходимых бумаг нужно было решить, в какой палате разместятся после родов Настя с малышом. Сошлись, что лучше, чтобы вместе с женой был еще кто-то. Поэтому выбрали двухместную платную палату. Из впечатлений уже после родов я бы отметил то, как работает система передач. В первый день я приехал с гостинцами и водой для Насти, но не знал номер ее палаты. Сначала встретил традиционное ворчание, но медсестра быстро сменила гнев на милость и позвонила в регистратуру, узнала, куда отправлять передачу. Благодаря открытости и человеческому отношению к пациентам, челябинский роддом ОКБ №2 оставил только самые теплые впечатления. Спасибо вам большое! Анастасия Меня очень обрадовала возможность партнерских родов по ОМС, мужу нужно было всего лишь заранее пройти флюорографию и анализ крови. Очень рада, что мой супруг согласился быть с нами в день рождения сына, для новоиспеченного папы этот опыт стал чем-то совершенно особенным в жизни. Вопреки стереотипам, он не волновался, приехав в два часа ночи на такси и зайдя в палату, где я уже несколько часов была в родах. Рада возможности держаться за его руку в моменты самых сильных ощущений. Сын появился на свет ранним утром, в 4:10. Врачи и муж заметили, что кричит он громко, весь в маму. Имея уже достаточно информации, я решила, что буду «сдаваться» в роддом только при наличии родовой деятельности. Предварительная дата родов уже прошла, по акушерскому сроку было 41 неделя и два дня. К тому дню у меня уже вовсю продолжались тренировочные схватки. Утром 7 апреля, в праздник Благовещения, не торопясь, мы с мужем собрались и отправились в роддом на такси. В приемном покое меня приняли, зарегистрировали, осмотрели, дали заполнить нужные документы. Мужа отпустили домой, и я проследовала в дородовое отделение. В палате нас было пять девочек-беременяшек, на моё удивление, все достаточно бодрые, на позитиве, мы много шутили и обсуждали самые разные темы. Никак не предполагала, что я, заселившаяся в палату последней, первая из нее стартую на роды. Во второй половине дня ощущения усилились, стали чаще, я знала, чего ожидать, но справляться с ними мне становилось всё труднее. Около девяти вечера я маленькими перебежками дошла до поста медсестер, и меня направили на КТГ, затем сказали собирать вещи, чтобы перейти на другой этаж. Это было волнительно и отрадно. В родовой палате мне всё показали и рассказали, там был фитбол, коврик, одеяло — в общем, всё, что нужно для расслабления и отдыха. Затем я попросила приглушить верхний свет и осталась одна. Это было мне нужно, ведь правило родов «темно, тепло, тихо» очень важно для выработки природного окситоцина. Палату освещали маленькие фонарики в виде свечей, взятые мною на роды. Мне очень хотелось позвать мужа, но было еще рановато. В перерывах между схватками я общалась с мужем по телефону, переписывалась с мамой, принимала душ. Также мне поставили катетер, чтобы в случае необходимости можно было бы ввести внутривенно необходимые препараты. Мне сообщали, через какое время следующий раз ко мне придет врач, когда снимут следующую КТГ, и оставляли одну. Между всем этим я даже засыпала на пару минут. Было уже за полночь. Я часто пила воду, также успела подкрепить силы шоколадкой — всё же эндорфины. В очередной раз при осмотре мне сказали, что раскрытие уже большое, и разрешили позвонить мужу. Он примчался на такси, и я была так ему рада! Он помогал мне во всём, но главной помощью было его присутствие, это дарило мне спокойствие. Просто держать его за руку — и меня накрывало теплой волной, было легче. Дышать в родах невозможно научиться заранее, но я знала теорию, и это мне тоже помогло. Представляла, что наполняю свои легкие и мозг кислородом, как большие комнаты с открытыми окнами. Считала на схватках в обратном порядке от пятидесяти и от ста, пела, молилась, звучала — это было очень громко. Я не стеснялась, а вот муж после родов сказал, что ему было стыдно за меня, что я, несмотря на слова врачей, очень громко кричала. Насмешил меня этим. Тужилась я неправильно и боялась, что у меня не хватит сил самой вытужить головку ребенка. Помощь врачей была здесь самой важной за весь период родов, мне сделали надрез и облегчили путь малышу. Через несколько мгновений муж увидел чудо рождения. Сразу после появления сына на свет его выложили мне на живот, одновременно с этим к катетеру подвели окситоцин. Завершающий этап — рождение плаценты — показался уже чем-то легким, неощутимым. Эпизиотомия и последующее наложение нескольких шовчиков тоже почти не ощущались в потоке радости. Сына ненадолго забрали, чтобы измерить рост и вес, а затем вручили папе. У него на руках малыш был всё то время, пока мне накладывали швы, затем нас оставили втроем. Нас теперь трое! Слава богу, долгожданный отдых! Палата после родов. Мы, посовещавшись, выбрали двухместную платную палату, уже перед выпиской я поняла, что не ошиблась с выбором. Были и свои плюшки, и свои трудности. Всегда можно попросить мамочку-соседку по палате приглядеть за малышом, если нужно отлучиться на процедуры или в душ, мы по очереди следили за детьми. Непривычно и трудно было спать ночью 4 часа, а то и меньше. Всё остальное — кормления, гигиена, анализы, процедуры, собственное самочувствие — оказалось проще и легче. Мы ждали выписку с нетерпением, но в то же время проводили время с пользой. До выписки мне и малышу нужно было пройти несколько осмотров и процедур. Также свидетельство о рождении мы получили прямо в стенах роддома, что очень удобно. На пятый день нас встретили муж со своим папой. Новоиспеченный дедушка поздравил нас, вручил мне букет и со словами: «Поменяемся?» взял сверток с малышом на руки. Еще спустя час мы оказались дома, в спокойствии, уюте, тишине и безлимитном отдыхе. Сын отсыпался много часов подряд и дал родителям отдохнуть.