«Доктор, я умру?» Столичные врачи рассказали, как лечат рак сегодня и в какие мифы не стоит верить

Слово «рак» для большинства звучит зловеще. И хотя сегодня пациенты всё чаще слышат благоприятные прогнозы на выздоровление, вокруг этой темы по-прежнему существует огромное количество мифов. Стереотипы нередко сбивают с толку и даже вредят: пациенты и их родные теряют драгоценное время, делают много лишних движений или, напротив, слишком рано сдаются и опускают руки.

За последние несколько лет Москва совершила значительный прорыв в сфере онкологической помощи. Цифры говорят сами за себя: если в 2019 году злокачественные новообразования на ранних стадиях выявлялись в 62% случаев, то по итогам 2025 года — уже почти в 68%. Несмотря на это, тема онкологии до сих пор табуирована в обществе и окружена множеством домыслов и страхов.

В международный день борьбы с онкозаболеваниями попросили врачей московской городской онкологической больницы № 62 прокомментировать самые распространенные заблуждения, опираясь на клиническую практику и реальные возможности современной медицины.

Заведующая первым радиотерапевтическим отделением больницы № 62, врач‑радиотерапевт высшей квалификационной категории Марина Шивилова объясняет, что это представление давно не соответствует реальности.

— Современная лучевая терапия — это высокоточное, таргетное воздействие на опухоль. Речь не идет об «общем облучении всего тела». Основная задача лечения — максимально повредить злокачественное новообразование и при этом свести воздействие на здоровые ткани к минимуму, — подчеркивает специалист.

По словам эксперта, сегодня в радиотерапии используются линейные ускорители и сложные методики планирования лечения, такие как 3DCRT, IMRT, VMAT, SBRT. Они позволяют сфокусировать ионизирующее излучение с точностью до миллиметров именно в зоне опухоли. Во время сеанса пучок излучения движется вокруг пациента и сходится в заданной мишени, благодаря чему опухоль получает необходимую лечебную дозу, а окружающие органы — лишь минимально допустимую.

План лучевой терапии всегда разрабатывается индивидуально с учетом анатомии пациента, локализации опухоли и ее радиочувствительности. Благодаря этому побочные эффекты либо минимальны, либо вовсе отсутствуют. Здоровые клетки, в отличие от злокачественных, обладают способностью к восстановлению, тогда как опухолевые клетки теряют возможность к дальнейшему делению.

— При современной лучевой терапии воздействие строго локальное. Пациенты после сеанса могут безопасно контактировать с близкими, оставаться социально активными и в ряде случаев продолжать работать, — подытожила специалист.

Заведующий Центром амбулаторной онкологической помощи больницы № 62, врач‑онколог Артур Залян отмечает, что в Москве сегодня выстроена единая и понятная система маршрутизации пациентов.

При подозрении на злокачественное новообразование действуют алгоритмы обследования и лечения, разработанные профессиональным сообществом и закрепленные в приказах Департамента здравоохранения Москвы. Эти маршруты, известные как «клиентские пути», регламентируют сроки и объем необходимых обследований и одинаковы для всех медицинских организаций города.

— Нужно ли обращаться в другие клиники? Получение второго мнения — распространенная и допустимая практика. Однако важно понимать, что решения в ведущих клиниках основываются на одних и тех же клинических рекомендациях Минздрава России и профессиональных сообществ. Поэтому кардинальных различий в тактике лечения, как правило, не возникает, — подчеркивает эксперт.

Еще несколько лет назад многие пациенты были уверены, что качественная онкологическая помощь возможна только за границей. На лечение стремились попасть в клиники Израиля, Германии или США. Врач-онколог Артур Залян говорит, что сегодня ситуация изменилась.

За последнее десятилетие онкологическая служба Москвы прошла серьезную трансформацию. Созданы якорные онкологические учреждения, в каждом административном округе работают центры амбулаторной онкологической помощи. Они оснащены современным диагностическим и лечебным оборудованием, а в командах работают специалисты с мировым именем, чья квалификация признана на международном уровне.

Лекарственное обеспечение пациентов по системе ОМС соответствует мировым стандартам лечения злокачественных новообразований. По словам врача, количество пациентов, стремящихся уехать лечиться за границу, за последние годы сократилось в разы.

Руководитель городского референс‑центра патоморфологических, иммуногистохимических и молекулярно‑генетических исследований МГОБ № 62, врач‑патологоанатом высшей квалификационной категории Никита Савёлов объясняет, что технологии уже шагнули далеко вперед.

Гистологическое исследование действительно считается основой диагностики, но сегодня всё шире применяется цифровая патоморфология. Проще говоря, на анализ отправляются не только сами ткани и клетки, взятые во время биопсии, но еще и их точные цифровые копии. Для этого гистологические препараты сканируют с высоким разрешением.

Такой формат позволяет врачу работать с изображением на экране монитора, увеличивать его так же, как под микроскопом, и при необходимости оперативно консультироваться с коллегами из других учреждений. Международные исследования подтверждают, что точность диагностики по цифровым изображениям полностью сопоставима с традиционным микроскопическим анализом.

— Цифровая патоморфология делает диагностику быстрее и технологичнее, не снижая ее точности. Для пациента это означает более оперативное принятие клинических решений, — отмечает Никита Савёлов.

Это очередное заблуждение, которое не отражает реальность современной онкологии. Хирургическое вмешательство по-прежнему остается важным методом лечения, особенно на ранних стадиях. Но, как отмечает заведующий пятым хирургическим отделением общей онкологии больницы № 62 врач‑хирург, кандидат медицинских наук Александр Швейкин, в большинстве случаев сегодня применяется комплексный подход.

Так, при подходящем типе рака высокую эффективность показывает таргетная терапия. «Умные» препараты бьют по конкретной мишени в раковой клетке, например определенному белку. Революцию в лечении многих агрессивных форм рака уже совершила иммунотерапия — она «включает» собственную иммунную систему человека, и организм сам борется против опухоли. Также в арсенале врачей — более точная лучевая терапия и щадящие хирургические методы.

По словам эксперта, тактика лечения всегда определяется консилиумом специалистов — онколога, хирурга, радиотерапевта. Учитываются тип опухоли, ее стадия, общее состояние пациента и молекулярно‑генетические особенности новообразования.

— Цель лечения — не просто удалить опухоль, а добиться максимального эффекта при минимальных потерях для качества жизни пациента, — напоминает Александр Швейкин.

К счастью, и это распространенное утверждение сегодня можно отнести к разряду мифов. Кандидат медицинских наук Александр Швейкин подчеркивает: онкозаболевание — это не приговор.

Не стоит по умолчанию бояться диагноза: под словом «рак» скрываются сотни разных болезней с разной агрессивностью и прогнозами. Некоторые виды рака сегодня излечимы почти в 100% случаев при раннем обнаружении. Например, рак щитовидной железы, молочной железы на ранних стадиях, рак предстательной железы.

— Современное лечение давно вышло за рамки только хирургии, химио‑ и лучевой терапии. Сегодня активно применяются таргетные препараты и иммунотерапия, которая стала настоящим прорывом в лечении ряда агрессивных форм рака, — говорит специалист.

И еще один обнадеживающий момент, подкрепленный статистикой: во многих случаях онкологическое заболевание переходит в хроническую форму. Человек находится на диспансерном контроле, периодически посещает врачей, сохраняя качество жизни на долгие годы.

По словам заместителя мэра Москвы Анастасии Раковой, онкологическая заболеваемость остается вызовом для всего мира, и Москва — не исключение.

— Однако сейчас мы можем говорить, что современная медицина может сделать рак заболеванием, с которым можно жить долгие годы, — отметила вице-мэр.

Международный день борьбы с онкологическими заболеваниями — хороший повод лишний раз позаботиться о здоровье, своем и близких людей. Врачи просят не игнорировать настораживающие моменты: необъяснимую потерю веса, длительную температуру, тревожные симптомы со стороны ЖКТ, изменение родинки, уплотнения в тканях. И напоминают: современная онкология располагает широкими возможностями для диагностики и лечения, а раннее выявление по‑прежнему остается главным фактором, который спасает жизни.