«Больного делают еще больнее, а здорового — идиотом». Почему психушка хуже тюрьмы: истории пациентов

Молодому московскому активисту Максиму Лыпканю грозил срок в колонии до десяти лет за фейки об армии. Вдруг судебный процесс прекратили — приставы признали его невменяемым в момент совершения преступления. В итоге ему назначили принудительное лечение в психиатрической больнице. Это не единственный случай, когда принудительное лечение становится «альтернативой» колонии по политическим делам. Московского поэта, автора группы «Дореволюционный советчик» Вячеслава Малахова сначала, по его словам, принудительно лечили в психлечебнице в течение месяца, а спустя время на него завели уголовное дело о дискредитации армии. О том, как заключенные попадают в психбольницу и как часто такое происходит, читайте в материале MSK1.RU. «Трясли как шавку и обещали избить» Викторию Петрову задержали за распространение фейков еще в 2022 году. Поводом послужил пост во «ВКонтакте» с критикой военных действий. Девушку сначала отправили в СИЗО, а потом, как рассказывала в своем Telegram-канале ее адвокат Анастасия Филипенко, на нее за «антивоенную пропаганду» пожаловались сокамерницы, и девушку признали невменяемой на момент совершения преступления. Петрову перевели в психиатрический стационар общего типа. В своих социальных сетях адвокат осужденной рассказывала, что там происходило с Викторией в первую неделю. — Ее заставили раздеться для «телесного осмотра» при мужчинах из числа медицинского персонала, хотя рядом достаточно было и женщин. На просьбу хотя бы дать сменить перед этим прокладку, потому что начались месячные и кровь уже течет по ногам, смеялись и издевались над Викой все — мужчины помладше и постарше, женщины около сорока и около шестидесяти. По словам Филипенко, девушке заламывали руки, если она отказывалась мыться в душе при всём персонале и просила на это время оставить ее только с женщинами. Кроме того, ее связали, «трясли как шавку и обещали избить». — Обещали избить просто в качестве приветствия на новом месте. Ей дали понять, что здесь, в больнице, она уже не человек, — написала адвокат. Как утверждает Филипенко, пока Вика была привязана, ей на лицо набросили ее одежду: «Видимо, просто ради удовольствия просмотреть на ее беспомощность». «Претерпевал насилие, которое я не заслужил» Вячеслава Малахова сняли с поезда якобы за драку. Увезли в отделение полиции, а потом отправили на лечение в Ульяновскую психиатрическую больницу — по словам самого задержанного, полицейские заставили подписать согласие (дозвониться до учреждения не удалось). Как рассказывал Малахов MSK1.RU, там ему угрожали, что он вообще не выйдет из клиники, учитывая, что он политический активист. — Я там месяц ел таблетки, которые мне не нужны. Претерпевал насилие, которое я не заслужил, и никому не мог об этом сообщить. Я на месяц выпал из жизни и очень сильно обеднел. Я не знаю, кто за это может ответить. Может быть, главврач или кто? — задавался вопросом поэт. — Это абсолютно глухое место, где с тобой общаются исключительно криком. Там как будто ты на 60 лет назад уносишься в американскую или советскую карательную психиатрию, — вспоминал Малахов. — Попав туда, ты просто не можешь ничего сказать. Просишь телефон, а тебе говорят, что звонить не положено. Позже против поэта возбудили уголовное дело о повторной дискредитации армии (часть 1 статьи 280.3 УК РФ), а потом задержали. По версии следователя, Малахов не выдал пароли от ноутбука и телефона, более того, «на путь исправления не встал» и «выводы не сделал». Еще отказ в ходатайстве адвоката против ареста аргументировали тем, что поэт родился на Украине и «имеет противоправную жизненную позицию». Каково сидеть в психушке для заключенных? Впрочем, не всегда лечебница — такое страшное место. Илья просидел в таком учреждении год, а до этого — столько же в СИЗО, так что материала для сравнения у него достаточно. Он рассказал корреспонденту MSK1.RU, что его судили за мошенничество — преступление, которого он, по его словам, не совершал. — У нас в компании был фотограф, который химичил с аппаратурой, а я был администратором. В итоге на меня повесили преступление. Потом меня признали невменяемым на момент деяния. Илью отправили в СИЗО, а после очередной полугодовой психологической экспертизы (по его словам, дело заняло не больше пяти минут: задавали короткие вопросы — «общие и по существу») отправили в филиал психбольницы ФСИН «Кошкин дом» в Бутырке. Основной причиной такого решения стало то, что он раньше стоял на учете в психдиспансере. Ему назначили психиатрический стационар специализированного типа. Илья объясняет: это не обычная лечебница, куда отправляют психбольных, а «серьезная дурка для уголовников». — Из обычной дурки ты уходишь домой, а со спеца тебя отправляют в колонию, так просто не уйти. Хотя меня в качестве исключения отпустили сразу, — сказал он. В стационаре Илье пришлось довольно легко: относятся как к пациенту, а не как к преступнику. Да и весь день можно отдыхать — назначили самое простое лечение, а доктора он видел всего несколько раз. — Завтрак, валяние дурака, обед, валяние дурака, ужин, валяние дурака. Я там писал повесть. В палатах живут по 6–10 человек. Я не видел там почти ни одного дурака. Были, конечно, особые случаи: был парень, который убил свою мать и потом еще и изнасиловал. Он довольно-таки странным был, но оно и понятно. А так, в принципе, нормальный контингент, я с некоторыми общаюсь до сих пор. Как выйти из диспансера? Раз в полгода медики проводят комиссию. По ее итогам решают, что делать с пациентом: перевести в стационар общего типа, отправить на амбулаторное лечение или отпустить. После первой комиссии Илью оставили — слишком тяжкое преступление, а потом всё же отпустили. — На комиссии особо ничего не спрашивают, врач же наблюдает за тобой в течение времени и решает. Как объяснил Илья, ему повезло выйти сразу на свободу, потому что у него был хороший доктор. — Мы с ним ночами о Бродском разговаривали, он сам стихи пишет... Мы очень сдружились, мы с ним до сих пор общаемся. На вопрос: «Где легче пережить срок — в колонии или дурдоме», — парень ответил, что если срок большой, то лучше в дурдоме, а если преступление не очень тяжелое, то лучше пойти в колонию, потому что из диспансера могут не отпускать очень долго. По итогам своего опыта Илья написал книгу о СИЗО и психдиспансере. Она называется «Кошкин дом» (18+). «Я когда первый раз зашел внутрь — даже был несколько удивлен стилем, но зашел как в другой мир, чувство было как у новорожденного или как у трупа, входящего в царствие небесное. Короче, жопа», — так начинается повествование. Что лучше? — Ошибочно считать, что человек избавляется от наказания, если отправляется в психушку, — объяснила для MSK1.RU адвокат Юлия Федотова. — Я лично между психушкой и тюрьмой всегда выберу второе, потому что любой срок, даже пожизненный, может закончиться. Любой зэк среди ночи может проснуться и сказать, когда он освобождается. Из психушки можно вообще никогда не выйти, даже если ты украл сырок. По словам Федотовой, комиссия психиатров, которая собирается раз в полгода, решает вопрос о твоем освобождении на свое усмотрение и может не выпустить никогда. Адвокат упомянула громкий случай Вики Петровой, а в остальном эта мера не такая частая. Единственное опасение в этом случае — возвращение карательной психиатрии. Так ли много подобных случаев? Чтобы посмотреть статистику, обратимся к данным судебной статистики судебного департамента при Верховном суде РФ. Выделим в списке несколько уголовных статей УК РФ: подрыв безопасности и территориальной целостности России (статьи 280, 280.2, 280.3 УК РФ) и всё, что связано с возбуждением ненависти, экстремизмом, терроризмом и фейками о Российской армии (все статьи от ч. ст. 205 по ч. 3 ст. 207.3, 282, 282.2, 282.3, 282.4 УК РФ). «Принудительные меры медицинского характера в отношении невменяемого» в 2021-м — до СВО — применялись в 143 случаях. При этом общее количество осужденных по указанным статьям — 1484 человека. То есть такие меры применялись примерно в каждом десятом случае. Количество осужденных по этим статьям резко выросло в 2022 году — до 1888 человек (важно учесть, что наказания за дискредитацию и фейки о Российской армии появилась в этом году). При этом число людей, которых отправили на принудительное лечение, составило 167. То есть статистически эта мера стала применяться реже. Самые свежие опубликованные данные — за первое полугодие 2023 года. Общее количество осужденных по этим статьям — 953 человека, а в психдиспансер попали 85 осужденных, то есть примерно каждый 11-й. То есть тенденция почти такая же, как в прошлом году. Вероятно, фактически таких случаев больше, потому что часто для принудительного лечения достаточно совершить административный проступок, в том числе опубликовать фейк о Российской армии. Но открытых данных о статистике по административным делам найти не удалось. Редакция MSK1.RU направила официальный запрос в Ульяновскую психиатрическую больницу. Опубликуем ответ, как только он придет. Ранее мы рассказывали о том, как меняется положение дел в российских колониях и почему заключенных становится всё меньше. А еще прочитайте, что происходит за закрытыми дверями психбольницы в Москве, где умер ребенок.