Специалисты предупреждают: аномальные погодные явления в России летом 2026 года

Лето-2026 оказалось богатым на всякие аномальные события. Потопы, смерчи, выпадение снега в июне. До сих очень тяжелой остается ситуация в Тюменской области. Там с 28 июля действует режим ЧС. Люди страдают от плохого качества питьевой воды. Сильные потопы в Забайкалье, Свердловской области, Пермском крае (там произошла жуткая трагедия), в Башкирии, в Приморье, мощные ливни в других регионах страны. Тяжело это лето проживает Европа. Так как будто в голливудском фильме-катастрофе. Жара, засуха, пересохли реки от Дуная до Рейна, леса горят. Фермеры хватаются за голову: обвалилось виноделие, рухнул урожай подсолнечника, кукурузы, картофеля. Но самое страшное — от жары погибают люди. В России, наоборот, Европейская часть России, кажется, прямо сейчас переживает репетицию осени, однако затем температурный фон в Центральной России вернется в рамки климатической нормы, а на следующей неделе жителей Московского региона ждет кратковременный всплеск тридцатиградусной жары. Такой прогноз MSK1.RU дал ведущий специалист Центра погоды «Фобос»: кандидат наук Евгений Тишковец. «На следующей неделе есть вероятность всплеска: во вторник температура может подняться до плюс 30 градусов. Это дойдут, скажем так, языки европейской жары, но они будут непродолжительными. Это явление кратковременное, но в любом случае лето с нами ни в коем случае не прощается», — подчеркнул синоптик. При этом Тишковец отметил, что катастрофическая жара, охватившая этим летом Западную Европу, России не грозит. А вот прогнозы на сентябрь Тишковец давать остерегается: по его словам, необходимая метеорологическая база для этого появится лишь в конце месяца. Тишковец категорически отверг попытки некоторых экспертов прогнозировать опасные стихийные явления на недели и месяцы вперед, назвав подобные заявления чистой воды непрофессионализмом и хайпом. Так, на фоне периодических сообщений о смерчах и подтоплениях в прибрежных зонах на юге России, Тишковец призвал отдыхающих не поддаваться панике. «На юге нашей страны великолепная погода, солнечно. Да, в ближайшие дни немного посвежеет, но около 30 градусов тепла там будет практически до конца месяца», — говорит метеоролог. Про потопы по всей стране ему неизвестно. Про природные аномалии мы поговорили и с академиком Владимиром Клименко. Узнали, какой погоды ждать нам в августе и сентябре? — Август и сентябрь окажутся весьма комфортными по температуре. По крайней мере, ну, для европейской части России, за которой я слежу более пристально. То есть в целом ничего катастрофического для России, как и в предыдущие месяцы, скорее всего, не будет. Будет более или менее спокойно. — Лето, подобное тому, как в Европе сейчас, в России тоже может повториться? Насколько скоро? — Действительно, у России были катастрофические летние периоды, похожие на нынешний европейский. Это лето 2010-го и в меньшей степени 2021 года. Не приходится сомневаться, что России придется столкнуться с подобными катаклизмами. Вспомните лето 2010 года, когда горели торфяники, да. Это лето оказалось самым жарким, по крайней мере, за 250 лет инструментальных наблюдений, а судя по всему, и за более продолжительный период. Из-за моих наблюдений и изучения метеорологических архивов за последние столетия, я полагаю, что вот такая необыкновенная жара, похожая на 2010 год, вернется. И вернется уже достаточно скоро. Я думаю, что это произойдет в течение ближайших 10 лет. — А мы можем к этому как-то подготовиться? — Давайте взглянем на Европу. Она была осведомлена о возможных последствиях такой аномальной жары, и у нее был шанс приготовиться. Наиболее жарким летом перед нынешним было лето 2003 года. То есть прошло более 20 лет. И, в общем, Европа вынесла уроки из того необычайно жаркого лета. Количество жертв, зафиксированных в этом году, было очень велико. Мне встречались цифры в 5–7 тысяч погибших от жары отдельно для Франции, Испании. Даже Британии, где и жара-то в общем была не настолько интенсивной, как в Центральной и Юго-Западной Европе, уже погибло более 2,5 тысячи человек. В общем, я полагаю, что если сложить все эти цифры (они со временем будут проанализированы и опубликованы), думаю, что речь идет о нескольких десятках тысяч, по крайней мере, погибших. Но это число оказалось меньше, чем было бы в отсутствие тех мер, которые многие, не сказать, что все, европейские страны предпринимали в течение этих двух десятилетий с лета 2003 года. — И как же европейцы готовились к жаре? — Это целый комплекс мер. Если разделить грубо на две категории, первая — это меры так называемой митигации, то есть предотвращения подобных климатических изменений. То есть это борьба с нарастающим глобальным потеплением. Здесь Европа далеко впереди всего остального земного шара и бесконечно далеко впереди России, которая вообще никаких усилий в этом смысле не предпринимает. И второй аспект — это адаптационные мероприятия. От неблагоприятных изменений климата, будь то ветры ураганной силы, избыточная жара, избыточный холод, наводнение, сушь, от всего этого спасает комфортное жилище. Люди, которые погибли во время страшной жары этого года, которые погибали раньше и будут погибать впредь, — это люди бедные, неблагополучные. На 99%. — То есть те, кто не имеют возможности купить себе качественное жилье? — Приведу исторический пример. Первая волна жары, с которой столкнулось современное общество, — это тепловая волна 1971 года. Вот тогда впервые, 50 лет назад, было осознано, что это серьезная угроза. Тогда волна жары накрыла США, и эпицентром ее был многомиллионный город Чикаго. Так вот тогда впервые было проанализировано, что погибшие от жары люди — это жители неблагополучных районов. Причем среди них преимущественно погибли те, которые отказались покинуть свои жилища из-за риска быть ограбленными. Они не проследовали в предусмотренные властями места, где можно было (тогда еще кондиционеров было мало) воспользоваться тенью, бесплатной водой. Короче говоря, власти делали, что могли. Но тем не менее многие люди, опасаясь, что их жилища в их отсутствие могут быть ограблены, предпочли остаться там и умереть. — Вы говорите о десятках тысячах погибших в Европе во время аномальной жары. А известно, сколько людей в России погибает от подобных причин? — Для начала нужно понимать, как вычисляются эти потери. Просто сравнивается смертность в годы со, скажем так, нормальной температурой и в год с избыточной температурой. И я вам хочу сказать, что вот избыточная смертность в России в июле–августе 2010 года (эта цифра уже подсчитана и опубликована) составила 60 тысяч человек, всего в течение полутора месяцев. Но уверяю вас, что ни у одного из этих людей в причине смерти не было указано «жара» или «тепловой удар». Но тем не менее непосредственная зависимость между избыточными температурами и смертностью и заболеваемостью несомненно существует. Это уже медицинский факт, доказанный наукой. — Для каждой страны, видимо, есть какая-то своя температура, выше которой начинаются бедствия? Понятно, что среднестатистический россиянин будет тяжелее переносить жару, чем, например, индиец или нигериец — там всё-таки тропики. — Вы правы, температурная норма, при превышении которой происходят все эти бедствия, она разная для разных стран. Допустим, для Хельсинки это 28 градусов, а для Афин — 38. А вот что касается Индии, которую вы упомянули. Мы много читали и слышали в этом году об избыточной смертности в Европе, но совсем ничего не слышали про Индию, где число погибших, уверяю вас, больше европейского. Индия — одна из тех стран, в которых люди от избыточной жары чуть ли не ежегодно погибают десятками тысяч, как в этом году, например. В мае–июне на Индию обрушивается чудовищная пятидесятиградусная жара. В Индии почти нет кондиционеров. Из полутора миллиардов населения кондиционеры есть примерно у 200 миллионов человек. То есть миллиард человек задыхался от нестерпимой жары. Только представьте: в трущобах индийских городов даже ночная температура не опускается ниже 34 градусов. Это никакой, даже самый выносливый индиец вынести не может.