Мобилизованные врачи на СВО стали медсестрами. История анестезиолога

Частичная мобилизация, объявленная в России, затронула и медицинских работников. Правда, из-за одной юридической проволочки оказалось, что некоторые врачи на гражданке в реалиях СВО по должности оказались средним медперсоналом, простыми медсестрами. Об этом — в материале наших читинских коллег. 21 сентября 2022 года указом президента Российской Федерации была объявлена частичная мобилизация в стране. Без военной кафедры и службы в армии — Поздно вечером 21 сентября 2022 года мужу на сотовый позвонил участковый. Почему-то не могли его найти, хоть он никуда и не прятался. Надо было явиться в военкомат за повесткой. Андрей в армии не служил, военную кафедру не оканчивал, имеет категорию годности В. Но он врач — анестезиолог-реаниматолог. В военкомате объяснили, что такие очень нужны. И муж поехал на подготовку, — рассказывает Анастасия Фомина. Ее супруг в 31-летнем возрасте уже не первый год заведует отделением реанимации для больных с острым нарушением мозгового кровообращения в горбольнице № 1 Читы. Совмещал эту должность с работой врача-реаниматолога. Анастасия подчеркивает, что, несмотря на отсутствие службы в армии, Андрей Фомин не собирался уклоняться от мобилизации, понимая, что может быть полезен не как боец, а как медик. Но ожидания врача разбились об острый угол бюрократии. — Раньше выпускники медицинских вузов в жизнь выходили со званиями младших лейтенантов. Мы все — военнообязанные (Анастасия — врач-терапевт. — Прим. авт.), после окончания вуза должны явиться в военкомат и встать на учет. Но военную кафедру в читинской медакадемии закрыли лет 15 назад, поэтому и званий у молодых медиков теперь нет. По-правильному нас должны бы после учебы отправлять в военно-учебный центр для прохождения военной подготовки, что давало бы военкомату право присваивать специальность (ВУС) «врач». Но никто этого не делал, а нам в военных билетах написали, что мы в звании рядовые, а по специальности — фельдшера. Всем. Вот и Андрей — завотделением, врач — для армии оказался рядовым и фельдшером. Более того, в Горном ему просто выдали автомат и отправили на строевую, как и других мобилизованных, — объясняет Анастасия. В том числе благодаря настойчивости супруги мобилизованного, которая не стала молчать и пошла по инстанциям, удалось добиться того, что Андрея Фомина вскоре перевели в медицинский отряд спецназначения и вернули в родной город. Туда же попали и еще два коллеги врача, также изначально отправленные в обычные учебки. Их проинструктировали в качестве военных медиков, выдали обмундирование и отправили в зону проведения СВО. Из Забайкалья Фомин улетел в Симферополь 15 октября, а с 6 ноября уехал «за ленточку». Главное, что коробит и самого медика, и его близких, — он отправился исполнять свой долг не в должности врача, а в должности медсестры. Так и записано у Андрея в документах: «Медицинская сестра — анестезист»*. — Причем в отряде были вакансии, в том числе врача-анестезиолога. Почему их нельзя было поставить на эти должности и затем дать соответствующие звания, ведь такой порядок предусмотрен законом? Им предлагают подписать контракты, но они отказываются, потому что по указу президента о частичной мобилизации мобилизованные приравниваются к военнослужащим. К тому же за ним остается закреплено рабочее место. В отделе кадров говорят, что в случае подписания контракта они вынуждены будут расторгнуть с Андреем трудовой договор. Более того, у него идет специальный стаж — анестезиологи выходят на пенсию раньше. В наших кадрах подтверждают, что с пенсионным фондом будут проблемы, потому что сейчас мой муж числится медсестрой. Как это потом вносить в трудовую? Я уже не говорю о денежном довольствии, которое в 1,5–2 раза ниже, чем у врача. Мой муж платит алименты ребенку от первого брака, я здесь осталась с двумя детьми, младшему из которых нет и трех лет. У нас ипотека и кредиты. Эта ситуация с должностью плоха со всех сторон, — заключает Анастасия. Анастасия в попытке хоть как-то повлиять на ситуацию прошла путь от региональных военкомата и госпиталя до обращения к депутату Госдумы Андрею Гурулеву, уполномоченной по правам человека в России Татьяне Москальковой и в конце концов до сайта Кремля, написав обращение на имя президента. Неизвестно, что из этого в итоге дало свои плоды, но в конце декабря 2022 года Анастасии Фоминой пришел ответ от Объединенного стратегического командования Восточного военного округа Минобороны РФ, из которого следует, что вопрос о присвоении ее мужу звания лейтенанта медицинской службы будет проработан совместно с медуправлением ВВО и «в кратчайшие сроки будет решен положительно»*. Врио начальника управления кадров округа, как оказалось, подготовил этот ответ еще 9 декабря. Но и к середине марта ситуация не изменилась. Андрей Фомин сегодня остается в должности медсестры, работая в госпитале, что в паре десятков километров от линии соприкосновения, и выполняя, по сути, функции врача-анестезиолога при проведении операций. А его жена продолжает писать обращения в федеральные органы власти, не рассчитывая уже на помощь региональных. По ее словам, даже попытка записаться на прием к губернатору Александру Осипову не увенчалась успехом: из интернет-приемной пришел отказ*. — По документам он медсестра, а на самом деле — врач. Дает наркозы, обезболивает, без него, по сути, не получится операция. Но и не сделать эту работу он не может, не будет же он на раненого просто смотреть. Он не хотел жаловаться и чтобы я предала всё это огласке. Но ждать больше нет сил, я хочу добиться того, чтобы была исправлена несправедливость. Речь не идет о том, чтобы его вернуть с СВО, нет вопросов к обмундированию и снабжению, речь только о том, чтобы врач, который и так выполняет свою работу, имел официальную должность, звание и довольствие. Он трудится там самоотверженно и даже в тылу находится в постоянной опасности попасть под обстрел. Но всё равно честно исполняет свой долг, — подчеркивает Анастасия Фомина. «Я боюсь остаться одна» Пока муж «за лентой» делает свою работу, его супруга с дочерью и их общим сыном в Чите пытается решать вопросы финансовые. Анастасия не в силах сдержать слезы рассказывает про ипотеку, которую с Андреем в качестве созаемщиков взяли не так давно, кредиты и ее долг перед Министерством здравоохранения Забайкалья за прерванный контракт по программе «Земский доктор»: в 2018 году ей пришлось вернуться из сельской местности в Читу, чтобы ухаживать за отцом, у которого обнаружили онкологию. — Сейчас я не могу работать больше чем на ставку. При зарплате моей в 40–50 тысяч платеж по ипотеке составляет около 39 тысяч. Теми деньгами, что отправляет Андрей (он как рядовой военнослужащий получает минимальное гарантированное денежное довольствие, озвученное президентом, в 195 тысяч рублей. — Прим. авт.), я максимально стараюсь гасить кредиты, выплаты по которым приостановлены с помощью каникул. Плюс еще надо на что-то питаться, всё допобразование и спортивная секция для старшей дочери, ее участие в соревнованиях — это тоже требует денег. Когда муж был здесь, он работал на две ставки, я — на полторы, плюс вечерами таксовала, так как у меня больше опыта вождения, а он сидел с детьми. Ну не хватает нашей врачебной зарплаты ни на что. Теперь я на одной ставке и таксовать уже не могу. С ребятишками сегодня, пока я на работе, помогает моя 67-летняя мама, которая пережила уже четыре инсульта. Вместе с супругом мы хоть как-то справлялись худо-бедно, а теперь я боюсь остаться одна. Если, не дай бог, что-то с ним случится, я не вытяну это всё. Я на что детей кормить буду? Она собирается с силами и продолжает говорить, что обращалась в Минстрой России с просьбой посодействовать скорейшей выдаче семье жилищного сертификата на улучшение жилищных условий, которым можно было бы закрыть часть ипотеки и снизить платеж: Фомины стоят в очереди по программе «Молодая семья». Но описанные ею обстоятельства не могут быть основанием для игнорирования очереди, такой Анастасии пришел ответ. В краевом Минздраве, куда обращалась врач, также отказались временно заморозить долг по «Земскому доктору». Она опасается, что, если вдруг не сможет сейчас платить этот долг, стараясь закрыть кредиты, ведомство пойдет для взыскания положенных ему денег в суд: — Мне бы с «Молодой семьей» вопрос решить. Если там получится, я в Минздрав отдам эти деньги, у меня будет финансовая возможность. Я смогу заработать и рассчитаться, мне бы, самое главное, без крыши над головой с ребятишками не остаться. Анастасия последний раз видела мужа 15 октября 2022 года, когда провожала из Читы. Сейчас супруги надеются, что, когда у Андрея будет полгода «за ленточкой», ему дадут отпуск и он сможет приехать домой, побыть с семьей. — Да, им там страшно, мне страшно. Особенно, когда он какое-то время не выходит на связь. Но мы всё понимаем. Но даже после того, как Андрей в одном из полевых мобильных госпиталей выполнял обязанности заведующего анестезиологической службой, то есть по должности, соответствующей капитанскому званию, он всё еще находится в звании рядового. Мне кажется, так быть не должно, — резюмировала Анастасия. В начале марта 2023 года Анастасия Фомина вновь направила письмо на имя президента и в адрес уполномоченного по правам человека в РФ в попытке хоть как-то повлиять на ситуацию, которая на бумаге уже решена, а по факту остается неизменной. «Чита.Ру» направило в адрес Министерства обороны РФ официальный запрос с просьбой прокомментировать ситуацию. Вопрос решился? После публикации текста наших коллег на сайте CHITA.RU — 23 марта 2023 года — Андрея Фомина вызвало командование и сообщило о назначении на должность начальника группы анестезиологии-реанимации, что по штатно-должностной категории будет соответствовать капитану медицинской службы. Военнослужащий написал рапорт о согласии с повышением. Также стало известно, что рядовому Андрею Фомину будет присвоено первое офицерское звание — лейтенант медицинской службы. Что делать в таких случаях? Журналисты CHITA.RU попросили комментировать этот случай военного адвоката Владимира Геннадьевича Тригнина, председателя Военной коллегии адвокатов г. Москвы. — Такие случаи достаточно редки. К нам было одно обращение от гражданина, имеющего высшее медицинское образование. Он сначала учился в военном медицинском институте в Санкт-Петербурге, был оттуда отчислен, а потом восстановился в гражданский вуз. Тем не менее он имел специальность «врач — ортопед-травматолог». Но ему записали военно-учетную специальность в военном билете «фельдшер». Он пошел в качестве добровольца на СВО по данной специальности, но после жалобы в прокуратуру, после жалобы в вышестоящую призывную комиссию ему присвоили военно-учетную специальность врача — ортопеда-травматолога. Отстаивать права, конечно же, надо, то есть надо обращаться с жалобой. Быстрее всего разбирает подобные вопросы военная прокуратура. Вместе с тем нужно помнить, что гражданин может быть призван как по имеющейся военно-учетной специальности, так и по родственной имеющейся специальности. И вот в данный момент критерии носят всё-таки рекомендательный характер, поэтому, если есть специальность врача — а, несомненно, есть потребность в таких специалистах в зоне специальной военной операции, — нужно добиваться, чтобы специальность, по которой гражданин призывается, соответствовала той подготовке, которую он прошел. * В распоряжении редакции «Чита.Ру» имеется копия справки от военного комиссара Читы с подтверждением о мобилизации читинца Андрея Фомина; копия справки из госпиталя с указанием его должности; копия ответа Минобороны РФ, где говорится о положительном принятии решения по присвоению звания; скан ответа с отказом из интернет-приемной губернатора Забайкалья.