Лидия Литвяк стала героиней фильма в России

Исторические фильмы в российском кинематографе зверь до сих пор довольно редкий. Чаще снимают кино для детей, потому что это более преданная и прибыльная аудитория. Тем удивительнее было увидеть в афише фильм «Литвяк» (16+) о советской летчице-истребителе. И перед тем как вы займете место в зрительном зале, мы бы хотели поближе познакомить вас с ее историей. «Маленькая, красивая, интересная девушка» Родившаяся в Москве в День авиации, 18 августа 1921 года, Лидия Литвяк с самого детства считала, что дата появления на свет определила ее судьбу. Возможно, поэтому она с ранних лет не увлекалась классическими девичьими играми, а постоянно искала приключения. Да и обстоятельства, в которых оказалась Лидия, говорили, что спокойной жизни ей не видать. Когда будущая летчица была подростком, ее отец ушел из семьи, оставив жену с двумя детьми — Лидией и ее младшим братом Юрой. Какое-то время он содержал родных, но в 1936 году пропал навсегда. Биографы говорят, что его репрессировали и расстреляли. Ради стипендии Литвяк после восьмого класса бросила школу и поступила в машиностроительный техникум — на геолога. В 14 лет она начала заниматься в районном аэроклубе, а уже через год совершила свой первый самостоятельный полет без инструктора. По тем временам это был рискованный и едва ли не фантастический поступок для девушки. Но Лидию как раз риск и манил. В 18 лет Лидия попала в Херсонскую авиашколу, окончив которую, стала профессиональным летчиком. После этого она прошла курсы инструкторов в Калининском аэроклубе, осталась в нем работать и меньше чем за год обучила 45 парней, каждый из которых был влюблен в хрупкую белокурую наставницу. Знаки внимания влюбленных в нее летчиков Лидия Литвяк игнорировала. Настоящую любовь она нашла на войне. Когда по радио передали, что Германия атаковала Советский Союз, Литвяк с первых дней стала рваться на фронт. Поэтому, когда в октябре 1941 года вышел приказ о формировании женских авиационных полков ВВС Красной армии, она без лишних раздумий приписала себе 100 часов налета и попала в 586-й истребительный авиаполк. — Маленькая такая она, красивая, интересная девушка. Посмотрела на нее и еще как-то подумала: «Неужели она может быть истребителем?» Такой она казалась слишком хрупкой на вид, — рассказывала в 1979 году техник-механик, ветеран 8-й воздушной армии Инна Паспортникова. «Он очень любил меня» В сентябре 1942 года Литвяк вместе с другими летчицами полка оказалась в самом пекле — под Сталинградом. А уже через полгода ее приставили к первой боевой награде — ордену Красной Звезды. Всё потому, что в небе ей не было равных. Однажды она сбила истребитель немецкого барона, который до этого одержал в воздухе 30 побед. — Это была прирожденная летчица. Она обладала особым талантом истребителя, была смела и решительна, изобретательна и осторожна. Она умела видеть воздух, — рассказывал Герой Советского Союза, командир 273-го истребительного авиационного полка Борис Еремин. Показывавшую невероятные успехи летчицу переводили в дивизии, которые участвовали в главных военных событиях. Так она оказалось в 296-м авиаполку, где ее назначили ведомой к командиру эскадрильи Алексею Соломатину. Летчик, грудь которого украшал орден Боевого Красного Знамени, на чьем счету были десятки сбитых вражеских самолетов, не устоял перед очарованием Лидии и влюбился в нее без памяти. — Лиля, на мой взгляд, как мужчины, была очень интересной девушкой. И в нашем полку был не менее интересная личность мужчина — это Леша Соломатин, командир первой эскадрильи. Блондин с черными бровями. Симпатяга исключительный, — вспоминал в 1979 году летчик-истребитель, ветеран 8-й воздушной армии Иван Борисенко. Но Литвяк поначалу держала со своим командиром дружескую дистанцию. В письме своей матери она писала, что Соломатин долгое время не был ее идеалом. «Я много рассказывала о нем. Раньше он был моим командиром эскадрильи, летал в паре со мной. Он общий любимец, и он очень любил меня. Но тогда был не моим идеалом. Из-за этого получалось много неприятностей. Меня перевели в другую эскадрилью. После на меня напала страшная тоска», — рассказывала Лидия в письме. Достаточно истосковавшись, истребительница поняла: Алексей стал очень важным для нее человеком. И она ответила ему взаимностью. — Это было заметно всему полку, что они любят друг друга, — говорил Иван Борисенко. Но фронтовой любви не суждено было продлиться хоть сколько-нибудь долго. 21 мая 1943 года Соломатин разбился. — Погиб он у нас на глазах. Лиля сидела в кабине, а я находилась рядом с ней на плоскости. И Соломатин с вновь прибывшими летчиками проводил учебную воздушную стрельбу и воздушный учебный бой над аэродромом прямо у нас, над нашими головами. И вот эти самолеты все кружились, жужжали. Потом вдруг один какой-то взвыл и пошел отвесно к земле. Потом взрыв, удар — и всё, мы все бросились туда, к месту падения. Почему-то сначала думали, что молодой летчик упал, не выдержал атаки Соломатина. Но оказалось, самолет Леши. Конечно, для Лили это была страшная потеря, — рассказывала Инна Паспортникова. По воспоминаниям Бориса Еремина, на похоронах Соломатина Литвяк бросалась на его могилу и кричала: «Я отомщу». Позже Лидия писала матери: «В эту ночь мне приснился сон. Река очень бурлит, переплыть невозможно. Он стоял на другом берегу и звал меня. Так звал, просто до слез, и говорил: „Лилек, ну ты придешь?“ А я говорю ему: „Если отпустят“. А сама знаю, что эту речку мне всё равно не переплыть». Тогда она не знала, что до встречи с любимым «на том берегу» осталась пара месяцев. «То, что она искала, называется Победа» После смерти Соломатина Лидия дралась особенно отчаянно, стремилась попасть в самое пекло сражений. — Некоторые говорят, что она чуть ли не смерть искала. Она рвалась в бой, рвалась в бой и рвалась в бой, — рассказывал полковник ВВС России Алексей Яворский. Еще одним серьезным ударом для Литвяк стала гибель ее подруги — истребительницы Екатерины Будановой. В июле 1943-го, когда шли ожесточенные бои в небе над Донбассом, ее назначили в прикрытие группы Ил-2. В бою самолет Будановой сбили. Летчице удалось посадить самолет, но сама она позже скончалась от полученных ран, не приходя в сознание. — Пока тебя окружают друзья и близкие, у тебя есть одно будущее. Когда они гибнут, твое будущее меняется. И соответственно, ты начинаешь жить с другим будущим. И это меняет тебя. Она менялась, — рассказывал режиссер фильма «Литвяк» Андрей Шальопа. Истребительница не знала усталости. 1 августа 1943 года она совершила три успешных вылета и снова поднялась в небо. Но из четвертого полета уже не вернулась. По словам Ивана Борисенко, который был в тот день в составе группы Литвяк, самолет истребительницы без дыма и огня вошел в облачность. — Я пошел за этим самолетом посмотреть. Но под облаками заметить падение самолета или место падения на земле, или парашютиста мне не удалось. Я не видел, где она упала и как упала, — рассказывал Борисенко. Поскольку тела Лидии не нашли, она считалась без вести пропавшей. Более того, один из летчиков утверждал, что видел ее с немецкими офицерами, и она агитировала советских военных переходить на сторону врага. Из-за этой неразберихи Литвяк не могли дать Героя Советского Союза, хотя комполка представлял ее к этому званию. Только в 1969 году поисковики нашли тело Лидии Литвяк в селе Дмитриевка. Заодно выяснили у местных, что в августе 1943 года мальчишки действительно видели упавший самолет, а рядом с ним — тяжело раненную летчицу. Там она и умерла. Там ее и захоронили. Минобороны СССР внесло изменения в личном деле Литвяк, и вместо «без вести пропала» там появилась строка «погибла при выполнении боевого долга». В 1990 году летчице посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. За полтора года в небе над Сталинградом и Донбассом она совершила 168 боевых вылетов, одержала 12 воздушных побед. — 168 боевых вылетов это не много — это страшно много, — говорил полковник ВВС России Алексей Яворский. — 12 личных побед, 11 самолетов и один аэростат. Попытки его сбить многими летчиками так и не увенчались успехом. За достижения Литвяк также включили в Книгу рекордов Гиннесса — как женщину-летчика, одержавшую наибольшее число воздушных побед в истории военной авиации. — Она не искала смерть. Это не отчаяние. За дверью в смерть находится то, что и есть бессмертие. С этой миссией она и была послана. То, что она искала, называется Победа, — говорит философ, доктор биологических и технических наук Василий Гоч.