Экс-судью из Волгограда обвинили в присвоении миллионов мечтавшей стать матерью москвички

Живущая в Москве уроженка Волжского Елена Кокина обвинила экс-заместителя председателя Волгоградского областного суда Сергея Злобина, переехавшего в Москву и переквалифицировавшегося в адвокаты, в присвоении двух миллионов рублей за услуги адвоката и возмещение его представительских расходов. Женщина уверяет: получив деньги, адвокат ей не помог — и сейчас она намерена обращаться в суд с иском о незаконном обогащении. Сам же адвокат комментирует общение с женщиной весьма сдержанно, уверяя, что суд во всём разберется. «Деньги взял, но ничего не сделал» — На сайте Мосгорсуда я нашла дело, которое очень меня заинтересовало. Там участвовали два адвоката, в том числе Сергей Злобин, — рассказала женщина. — У меня — аналогичное дело в отношении городской клинической больницы № 1 имени Пирогова в Москве. «Благодаря» докторам этой клиники я получила необратимое ухудшение своего здоровья и фактически лишилась возможности иметь детей. На тот момент у меня этот вопрос стоял очень остро, и я хотела пойти посудиться, взыскав деньги на оплату услуг суррогатной матери. Уже потом женщина выяснила, что и операции, в общем-то, не требовалось и другие, весьма специфические заболевания были диагностированы, что называется, «на глаз», без документальных подтверждений и обследований. Документы и результаты анализов, которые были в деле, оказались не ее, так что всё это вполне может образовывать состав уголовного преступления, и это тоже было основанием для заключения договора об оказании услуг адвоката с господином Злобиным. Сергей Злобин с 1997 по 2007 год — судья Красноармейского райсуда Волгограда, с 2007 по 2009 год — председатель Красноармейского районного суда Волгограда. С 2009 года — заместитель председателя Волгоградского областного суда, председатель судебной коллегии по уголовным делам. В 2011 году постановлением Президиума Совета судей награжден Почетной грамотой. В том же году был отправлен в отставку по собственному желанию. 27 сентября 2012 года Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации, рассмотрев обращение Совета Судей, приняла решение о прекращении отставки Сергея Злобина в связи с нарушением требований, предъявляемых к судье, в том числе пребывающему в отставке. — Шли годы, — вспоминает Екатерина. — За всё это время в общей сложности я перечислила на карту Злобину и Зое Карсеевой, как узнала позже, его бывшей супруге, около двух миллионов рублей. Толку же не было от этого никакого. Сейчас у меня уже новый адвокат, разбирающийся в медицинских терминах. По ее словам, при имеющихся у меня на руках документах уголовное дело можно было бы возбудить еще в 2020 году, когда, собственно, события все и происходили. В итоге Елена сначала расторгает договор с Сергеем Злобиным, пишет заявление в Следственный комитет и направляет иск в суд с требованием о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами. Следственные органы в возбуждении дела отказывают в связи с отсутствием состава преступления, дело о взыскании денежных средств Преображенским районным судом города Москвы оставлено без движения. — Сейчас я с уже новым своим адвокатом хочу добиться возбуждения уголовного дела против бывшего судьи, — рассказывает Елена Кокина. — Еще по моей первой жалобе в адвокатскую палату его должны были лишить статуса адвоката за вывод денег на счет Зои Карсеевой, бывшей сотрудницы судебного департамента Волгоградской области. Причем сам факт передачи денег ему я смогла доказать только при помощи скринов с перепиской в мессенджере. «На все ее претензии есть документы» Сам же Сергей Злобин заявил, что готов прокомментировать отношения между ним и его доверительницей только после того, как вступит в силу решение суда: — Комментировать эти вещи я считаю преждевременным, поскольку она обратилась в суд с иском, и суд будет разбираться, — заявил экс-судья. — Вы не первая организация, в которую обращается эта женщина. Ранее она писала в Следственный комитет, там вынесли постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Те деньги, которые, как она выражается, я у нее похитил, я отработал, соответствующих документов у меня, что называется, выше крыши. Каждую ее претензию я буду закрывать не словесно, а подтверждая соответствующими документами. После того как рассмотрение дела будет закончено, я с удовольствием всё прокомментирую. Все бумаги о ее оплате и моем оказании услуг у меня в наличии, более я ничего комментировать не намерен. Время покажет. Единственное, о чем хочу предупредить, — она стоит на спецучете. Я об этом не знал, когда заключал с ней соглашение. Экономия может выйти боком Один из популярных адвокатов Волгограда на условиях анонимности оценил перспективы участников этого спора: — Адвокат и его доверитель по закону перед началом работы заключают соглашение — форма договора, в которой прописаны права и обязанности каждой из сторон, а также обязательства по оплате, — объяснил собеседник. — Если адвокат более-менее грамотный, то в соглашении будут прописаны и этапы оплаты. Грубо говоря, закончилось предварительное следствие — вот акт выполненных работ, подписываем, расплачиваемся, продолжаем работать. Говорить в этом случае о том, что услуги адвоката стоят дорого — как минимум странно, ибо это мои знания и опыт, договор подписан, акт выполненных работ оформлен. И ни один суд потом не удовлетворит иск, в котором клиенту показалось, что услуги защитника стоят дорого. Однако это действует лишь в том случае, когда соглашение оформлено документально, деньги передаются через кассу с выплатой всех необходимых налогов. Но если же вдруг кто-то решит «сэкономить» и воспользоваться «серыми» схемами, то тут уже возможны варианты, в том числе не в пользу адвоката.