Слово пахана. Криминальный авторитет из 90-х высказался о романтизации бандитизма и нашумевшем сериале

Криминальный авторитет из 90-х высказался о романтизации бандитизма. Пока чиновники обвиняют сериал «Слово пацана» (18+) в возрождении и восхвалении культа преступности, мы решили спросить об этом явлении человека, который знает о ней не понаслышке. Осужденный за создание ОПГ, многочисленные убийства, в том числе и по заказу, а также за другие преступления авторитет из Волгограда по прозвищу Художник отбыл огромный срок и только несколько лет назад вышел из мест лишения свободы. Теперь он преуспевающий человек, зарабатывающий на жизнь нелегким интеллектуальным трудом. На волне популярности сериала о романтизации преступности Художник рассказал журналистам V1.RU о том, почему 30 лет назад все мечтали быть бандитами и возможно ли возвращение этой моды.

— Бандиты бывают бандитами ровно до той степени, до которой им разрешает власть, — утверждает Художник. — Если власть разрешает человеку вести себя плохо, то он ведет себя плохо. Если не разрешает, он плохо не ведет. Всё зависит от авторитета власти и возможности как таковой. В 90-е власть сама разрешала так себя вести определенной категории людей. В разных регионах было по-разному. У нас это было так: определенный господин позволял соответствующим людям себя так вести. Со временем в стране всё изменилось.

По словам собеседника редакции, как таковой романтизации преступности не было, но многие люди, в основном молодые, всё равно хотели стать бандитами.

— Тем ребятам, которые могли себе позволить вести себя так, как хотели, определенные структуры позволяли это делать и им ничего за это не было, — сообщил бывший преступник. — Окружающие видели это и понимали, что кому-то можно, кому-то нельзя. А кому можно, видимо, они действительно хороши собой, и поэтому это круто. Я лично знаю случаи, когда людей за убийство и разбой не наказывали. Всё это было у меня на глазах, я всё это пережил. Когда за бутылку водки сажали, а за избитого до смерти просто ругали. В связи с менталитетом русским, человек молодой, который еще ничего не достиг, смотрит на своего соседа, который идет грабить, хулиганит, платит кому надо, и ему за это ничего нет. А потом покупает красивую новую «десятку», и девочки там у него. Человек думает: «Как классно, я тоже так хочу».

Художник считает, что к такой моде привела именно позиция государства.

— Имена определенных людей звучали в городе абсолютно официально. Все всех знали. Вот есть криминальный авторитет, к нему можно обратиться по любым вопросам. Не в правоохранительные органы, а именно к нему. Потому что он бандит официально. Ему можно себя так вести, потому что ему это позволяет делать власть. То есть власть слабее, чем он. Поэтому целесообразнее обращаться к нему. Именно такая государственная позиция приводила к тому, что идеализировался образ преступника. Их по телевизору показывали и говорили, какие они хорошие.

Волгоградец уверен, что те, кто сейчас рассуждает об этом или говорит, что быть бандитом хорошо, — глубоко заблуждается.

— Когда людям по радио передают песню «по этапу и не в мягком вагоне», все поют, радуются. Но все они не понимают, о чем речь, — отметил волгоградец. — Столыпин (вагон для перевозки осужденных. — Прим. ред.) — это страшное место. Это вагон, в котором тебя везут за тридевять земель. Это хуже, чем собачья будка. Но об этом поют, не понимая, о чем поют.

В то же время, по мнению Художника, возвращение подобных тенденций современной России не грозит.

— Я считаю, что сегодня это невозможно так, как раньше, потому что раньше это было выгодно власти. Но ситуация изменилась, и сейчас это власти невыгодно. Преступники тоже изменились, — считает волгоградец. — Таких, как раньше, романтиков уже нет. То, что происходит сегодня, это мелочи, которые быстро властью пресекаются. Сегодня преступность существует, просто чтобы она была. Как кур выращивают, чтобы потом поймать и съесть.

— Сегодня 90% содержащихся в СИЗО людей задержаны за наркотики, — добавил мужчина. — И когда в уголовном процессе полная клетка народу, все свидетели говорят: «Они в каком-то магазине покупали наркотики, директор магазина такой-то». Но его нет в клетке. Появляется вопрос — если они так хорошо знают руководителя магазина с наркотиками, он там не у них работает случайно? Всё делается для того, чтобы сажать. Имитировать бурную деятельность.