99-летний ветеран Трынков рассказал о службе на Дальнем Востоке и войне с Японией

Очевидцев Победы в стране совсем мало. Один из них — Александр Андреевич Трынков, который еще мальчишкой копал окопы под Липецком, а потом отправился на службу. Определили его на Дальний Восток, откуда после окончания Великой Отечественной он пешком пойдет освобождать Китай. Свою историю жизни, которая тесно переплелась с судьбой страны, ветеран рассказал MSK1.RU. Детство, которое резко закончилось «Ну, зовут меня Александр Андреевич Трынков, урождённый 1925 года, уроженец Рязанской области. В моём родном селе — Богородицкое — есть уже внучата и племянники. Более близких родственников там уже нет, но село существует», — так начинает Александр Андреевич свой рассказ. В его родном селе была только начальная школа — четыре класса. Семилетку он оканчивал уже в соседнем селе, за три километра. Ходил пешком каждый день, в любую погоду. «Закончил семь классов. До войны. Мне было 15 лет. А потом дома, а тут уже война вскоре, военное положение», — вспоминает Александр Трынков. Война застала его подростком. Вместе с другими мальчишками копал противотанковые рвы под городом Лебедянь — тогда это была Рязанская область, сейчас — Липецкая. Жили в крестьянских избах, работали до изнеможения. «Метр пятьдесят один. Годен» В январе 1943 года его призвали в армию. «Мне было 17 лет. Рост — 150 сантиметров. Некоторые где-то намеривают 151 — ну, годен для продолжения службы», — рассказывает ветеран. Односельчане, служившие с ним, написали домой: «Санька скоро домой придет, его по малому росту увольняют». Но увольнения не случилось. Вместо этого — дорога длиною в месяц. А перед этим призывники неделю жили на станции, в вагонах, — ждали отправления. Куда всех повезут, никто не знал. И вдруг ночью застучали колеса. «Ехали в товарном вагоне: налево нары, направо нары, на полу буржуйка. Она круглые сутки топится. Питались сухим пайком, иногда в больших городах водили в столовую, в баню помыться», — вспоминает путь до места службы Александр Трынков. Тогда он еще не знал, что его отправят на Дальний Восток. Служба на границе с Китаем Часть, куда отправили «Саньку», дислоцировалась на границе с Китаем, у реки Амур. На другом берегу — японские войска, оккупировавшие часть Китая. Условия во время службы были примитивные. «Землянка, керосиновая лампа в казарме, земляная крыша. Казарма вырыта как котлован, окошки на уровне земли. Со стороны, отойдешь на сто метров — как холм. В казарме буржуйка, круглые сутки топит. Двухъярусные нары. В зимнее время из комьев снега делали плотный кирпич, выкладывали стены. По центру — костерчик. И так спали, ограждение от мороза, от холода. Да, вот такая была суровая жизнь, суровая, но никто не жаловался», — вспоминает Александр Андреевич свою службу. Вооружение — винтовки, ручные пулемёты, единственный на всю роту станковый «Максим». Артиллерия — на конной тяге. Советско-китайская граница, возле которой служил Александр Андреевич, была оккупирована Японией. Солдат готовили к войне с ней. «Победа!» — и снова в бой 9 мая 1945 года его часть была на учениях. И тут по радио — голос Левитана… «Объявляют: „Победа! Окончание войны!“. И тут — салют из оружия, у кого что было: пистолеты, винтовки, автоматы. Стреляли в небо, кричали: „Победа, победа, победа!“», — вспоминает этот момент Александр Андреевич. Но для солдат на Дальнем Востоке война не закончилась. Через три месяца, как и было обещано союзникам, СССР вступил в войну с Японией. Отряд ветерана первым пошел в наступление — освобождать Китай от японских оккупантов. «Мы первыми форсировали Амур. На лодках, катерах. Дальше — пешком, вдоль реки Сунгари, до Харбина. 700 или 800 километров. Я служил в стрелковых частях, пехота. Как раньше называлась — царица полей», — показывает Александр Андреевич на свои ноги. Шагал отряд 24 дня, нигде не задерживаясь. Японцы отступали быстро, почти без боя: «Они драпали от страха — не догонишь». Война с Японией быстро закончилась — подготовленные солдаты спугнули восточную армию. После освобождения северо-востока Китая их отправили обратно, на Дальний Восток. Туда шли уже не пешком, а на баржах — по реке Сунгари до Амура. После войны с Японией Александр Андреевич еще три года служил в Хабаровске. Там, говорит ветеран, служба была более культурная — их даже в театр водили. В 1948 году Александр Андреевич демобилизовался. Но в родное село не поехал — отправился в Москву, где его уже ждал с работой старший брат. Москва: начало новой жизни Старший брат Александра Трынкова служил в Министерстве государственной безопасности СССР (предшественник КГБ. — Прим.ред.) и помог ему туда устроиться. Но больше всего бывшему солдату хотелось учиться. Ему было 23 года, а за плечами — только семь классов. «Санька» пошел в школу рабочей молодежи. Ему сказали: «Сдавай экзамены». «Я сказал: „Какие экзамены? После моей армейской, фронтовой жизни?“. Взяли. Правда, зачислили только в седьмой, а я писал заявление на восьмой», — рассказывает ветеран. Школу окончил в 1952-м — без единой тройки в аттестате. Одновременно работал в Министерстве госбезопасности. «Всё время учился. В общежитии жил один, сосед был прописан, но жил на Сретенке. В комнате — только стол да учебники. Уборщица смеялась: „Сань, у тебя и убирать нечего!“», — смеется Александр Андреевич. «Учиться, учиться, учиться» В 1952 году, сразу после окончания школы рабочей молодежи, Александр Андреевич поступил на вечернее отделение юридического института. И все — «без отрыва от производства». Тем временем, на службе его ценили за усидчивость: «Нравилась эта работа. Кропотливая, ответственная, загруженная работа, но мне нравилась. Я обладал терпением. Я не курил, не отвлекался. Бывало, коллеги зовут: „Пойдём покурим!“. А я: „Курить хочешь — иди, зачем других отвлекаешь?“», — рассказывает Александр Андреевич. В 1954 году Министерство государственной безопасности объединили с МВД. Александр Трынков прошёл путь от рядового до полковника: работал следователем, в кадрах, возглавлял партийную организацию. «В кадровой службе главное — внимательность. Бывало, спор из-за одной буквы: Панкратов или Понкратов? Проверял всё до запятой», — рассказывает ветеран. Семья и «хобби на грани разорения» С будущей женой познакомился в клубе при общежитии. Она работала машинисткой на ВДНХ. Поженились, когда Александру Андреевичу было 30. Раньше, говорит, никак: работа, учёба. После общежития долгие годы супруги жили в квартире в старом двухэтажном доме на Хованской улице. Главной его страстью стала фотография. «Я всегда шутил: „Хочешь разориться — купи фотоаппарат“. Снимал на ФЭД-2, сам проявлял плёнки. Любил групповые снимки — ставил на автоспуск, бежал в кадр. И получались некоторые неплохо. Это как память». На пенсию Александр Андреевич ушёл в 59 лет, хотя коллеги уговаривали остаться. После — ветеранское движение, поездки в родное «стареющее» село Богородицкое, где теперь нет даже начальной школы, внуки, правнуки. Дочь Александра — директор московской школы. Ей уже почти 70 лет. А правнуки учатся в институте. В сентябре ветеран отметит свое столетие. Своим секретом долгой жизни Александр Андреевич считает любовь к ходьбе, которую ему привила еще служба. По сей день ветеран гуляет в парке у дома, и его маршрут вымотает даже молодежь. Ранее мы рассказывали, как в московских парках отпразднуют День Победы.