«Сынок, дай хоть посмотрю, как ты без нас». Мать зверски убитого в Подмосковье 12-летки — о том, как теперь выживает их семья

Анжеле Титовой из подмосковного Кабаново чуть больше тридцати. У нее улыбчивое лицо с мягкими чертами, нежный голос. В соседнем Ликино-Дулево она работает воспитателем. На странице у Анжелы десятки фотографий: вот они с мужем, слегка обгоревшие в отпуске, позируют, корча забавные лица, на другой — обнимают двоих детей, стоя на морской набережной. Но теперь эти пестрые, полные жизни картинки — лишь напоминание о прошлом, о той семье, которая у Анжелы когда-то была.

26 августа 2026 года сын отпросился у нее на прогулку, но под вечер домой так и не вернулся. Пока переполошенная деревня искала мальчика, его тело с десятком ножевых лежало в заброшенном корпусе местного ПТУ. Старшеклассницы заманили 12-летнего Игоря, чтобы расправиться. Позже на допросе девочки признаются, что давно хотели узнать, «что такое кровь и как это — убивать».

С момента трагедии, сотрясшей не только Кабаново, но и все Подмосковье, прошло около двух месяцев. Девочек отправили в СИЗО, дело расследуется. Но Анжеле от этого не легче. Все это время ей не дают покоя вопросы, на которые, пожалуй, никто так и не даст однозначного ответа: «Чем ее ребенок заслужил смерть? Почему это произошло с их семьей и откуда у, казалось бы, благополучных девочек взялась такая звериная жестокость?»

В беседе с MSK1.RU Анжела рассказала, как их семья выживает спустя два месяца после трагедии.

В день похорон мальчика MSK1.RU побывал в Кабаново, где впервые лично увидел родителей Игоря. В разновозрастной толпе, собравшейся внутри храма во время отпевания, отчетливо различались две фигуры. Лицо папы Игоря раскраснелось от слез, периодически мужчина громко всхлипывал, размазывая соленую влагу по щекам. Его супруга же стояла отрешенно: в свете свечей было видно, как Анжела молча гладит гроб и неотрывно смотрит на сына, словно пытаясь в деталях запомнить его лицо.

Александр, папа Игоря, души не чаял в сыне — учил его всему, что знает сам, возил на матчи любимой команды в столицу. Маленький Игорь же в ответ старался во всем брать пример с отца — даже хотел стать слесарем, как он. По словам Анжелы, муж эмоциональнее реагирует на трагедию, она же по натуре более сдержанная.

Не стала исключением и эта беседа: в голосе Анжелы не было рыданий. Она тихо делилась своим горем, обходя острые углы. Говорить о личном у Анжелы получалось с трудом. Когда боль становилась невыносимой, она на пару мгновений переходила на крик, а затем вновь затихала.

«Это мое горе. Мои мысли. Мой крест. Это ведь никому не надо, правильно? Мы держимся. А что еще тут сказать? Я даже не знаю, как описать это чувство. Сказать, что плохо нам — это ничего не сказать. Не дай Бог такого никому. Мы с мужем как один — плачем, плачем и еще раз плачем. Слишком мало времени прошло», — отвечала MSK1.RU она.

Как рассказала Анжела, за этот год участок на кладбище, где раньше был похоронен лишь дедушка мальчика, пополнился еще двумя членами семьи: в мае ушла бабушка, а в августе — и сам Игорь.

«Стараемся каждый день к Игорю ходить. Говорят, что не положено вечером быть там. Но что делать, если душа требует? Я до четырех часов отработаю, младшего из сада заберу, и мы бегом туда, чтобы навестить», — признается в разговоре с MSK1.RU Анжела.

По словам Анжелы, все родственники восприняли гибель Игоря близко к сердцу — знали, что мальчик и мухи не обидит. Помнят о трагедии и в деревне: батюшка призвал молиться за безвинно убитого мальчика, жители, если бывают в церкви, ставят свечки.

«До сих пор все ощущается как сон. Разве это с нами? Как в такое вообще можно поверить? За эти два месяца он мне всего два раза снился. Я просила: „Сынок, дай хоть я посмотрю, как ты там без нас, все ли у тебя хорошо“. Не знаю, есть ли какая-то другая жизнь… Может быть, перерождение?» — задается вопросами Анжела.

В комнате у Игоря все осталось как было при нем: вещи на своих местах, в шкафах учебники за шестой класс, которые он так и не успел сдать после долгого лета. Единственное, что изменилось — теперь в кровати Игоря спит его младший пятилетний брат. Анжела рассказывает, после трагедии ей золовка подарила молитву ангела-хранителя, которая защищает детей. Ее Анжела собирается повесить над кроватью.

Изредка во время разговора с Анжелой можно было услышать детский голос и звуки шаловливой возни на фоне. Когда произошла трагедия, мама не решалась сказать маленькому Мише, что его старшего брата больше нет. Малыша увезли к родственникам, и он еще несколько дней думал, что Игорь ждет его дома и что всё хорошо.

«Младший ребенок сейчас для нас весь мир. Он постоянно говорит об Игорьке. Сейчас он достал его учебник по биологии, повернулся ко мне: „Мам, давай я буду учить“. Видимо, слышит, что я об Игореше говорю. Он все подходит, пытается отвлечь: „Мама, давай это сделаем, давай другое“. А в душе-то у меня что?» — судорожно вздохнув, говорит мама.

За два месяца семья трижды была у следователя, который ведет дело. Позже их к себе пригласил на прием руководитель подмосковного управления Следственного комитета. По словам Анжелы, эти встречи выматывают — слишком больно вновь погружаться в подробности уголовного дела, вспоминать, что ее сыну пришлось вынести, как страшно было умирать, истекая кровью.

«Каждый раз ты вспоминаешь, возвращаешься в это состояние. Только слышишь: „Одна убивала, другая — нож подавала“, и сразу голову теряешь. Мне дали валерьянку, успокоительные. Иду потом по коридору, а в голове стучит: „А дайте мне таблетки. Еще таблеток, чтобы это не чувствовать, не слышать больше“», — признается в разговоре с MSK1.RU Анжела.

Мама начинает вслух размышлять, что было бы, если бы напавшая на Игоря девочка была бы одна. Спасся ли бы мальчик тогда? Но тут же Анжела себя осекает: «Надежда умирает последней».

«У этих девочек ведь от школы, от соседей хорошие характеристики были. Только одноклассница сказала, что они и игрушки сжигали, и на кладбище выпивали — звонили потом друзьям, мол, заберите нас. Мы ведь в детстве на кладбище тоже ходили, как бы помянуть умерших. И мыслей о таком непристойном поведении не было — все с уважительным посылом. А тут…» — устало подмечает она.

Пока дело не передали в суд, Анжела и супруг надеются попасть на прием к главе Следственного комитета Александру Бастрыкину. Мать решительно заявляет: просто забыть о жестоком убийстве сына она не даст.

«Сжав зубы, мне надо собраться, сделать все возможное для правосудия. Кто, кроме меня, этим будет заниматься? Никто. Я как мать должна…» —

Напомним, по подозрению в убийстве Игоря задержали 15-летнюю Ульяну и 17-летнюю Катю. Девочек удалось отследить по камерам видеонаблюдения. Как рассказала мама погибшего ребенка, девочки давно планировали убийство и специально заманили школьника в заброшенное общежитие местного колледжа.

Рассматривается несколько версий, почему произошла расправа. По одной из них, девятиклассницы могли подражать сериалу. Как сообщили MSK1.RU местные, на допросе одна из задержанных призналась, что давно хотела узнать, «что такое кровь и как это — убивать».

Согласно второй версии, убитый подросток мог знать тайну подруг, которую они скрывали от родственников. Как пишет РЕН ТВ, на допросе одна из школьниц рассказала о романтических отношениях с подругой* — якобы они боялись, что об этом станет известно всей маленькой деревне.

29 августа суд в Подмосковье арестовал старшеклассниц — они пробудут в СИЗО два месяца. Мы публиковали разбор с юристом и психиатром о том, какое наказание грозит старшеклассницам и можно ли было предотвратить трагедию.

С Игорем простились в родном Кабаново. Помимо родственников, на прощании также присутствовали его соседи, друзья и одноклассники задержанных школьниц. Как рассказывала Анжела, первое время она не решалась сказать младшему сыну, что их Игоря больше нет. Все подробности о зверском убийстве мы собираем в отдельном сюжете.

* Международное движение ЛГБТ признано экстремистским и запрещено в РФ.