«Не имею права вставать ночью, чтобы подышать»: первое письмо смертельно больной Жени Ломаковой из колонии

20-летнюю москвичку с тяжелым неизлечимым диагнозом — муковисцидозом — Евгению Ломакову этапировали в женскую колонию № 5 под Можайском в Московской области, рассказала MSK1.RU ее сестра. Она поделилась с журналистами содержанием первого письма, которое написала Женя из ИК. Девушке страшно.

Евгения рассказала, что ее ждут две недели карантина, потом она отправится в отряд. Когда получится попасть к терапевту — не известно. Девушка сделала опись всех лекарств, и сотрудники поначалу не понимали, «куда все девать», но разобрались.

«Здесь режим, тяжело мне с ним, но по ПВР (правила внутреннего распорядка — Прим. ред.) не имею права вставать ночью, чтобы подышать. Но что делать — если плохо, приходиться вставать. Вроде с пониманием относятся, но учитывая, что я в карантине, и мне тяжело, что будет в отряде… Это жесть», — переживает Евгения.

Она уверена, что в любом случае будет работать в колонии, так как 3-я группа инвалидности рабочая. Евгения сталкивается с множеством ограничений, опасных при ее диагнозе. Ей нужно есть пять-шесть раз в день, но это невозможно, потому что кухня закрыта, а приемы пищи только по графику.

«К терапевту еще не вызвали, вот жду. Постоянная слабость, а ночевать-то не можешь. Хожу целыми днями в непонятном состоянии. На свидания приезжать не вижу смысла. Мне рил тяжело. Люблю», — пишет Ломакова семье.

В октябре суд отправил Ломакову в колонию на шесть лет по обвинению в покушении на сбыт наркотиков. Близкие 20-летней девушки боятся, что из-за тяжелой болезни она не сможет соблюдать режим в колонии и ее накажут штрафным изолятором.

Евгения попала в исправительную колонию № 5 под Можайском в Московской области — добиться поблажек в связи с болезнью там очень сложно. Член Совета по правам человека Ева Меркачева говорила, что ей жаловались на переработки, отсутствие кабинок в туалетах и дедовщину.

Семья Жени Ломаковой надеется, что ее отпустят из-за неизлечимой болезни, с которой в России живут в среднем до 25–29 лет. Девушке нужны регулярные ингаляции, наблюдение профильных врачей и прием множества препаратов. Нужной помощи в колонии нет.