Пациентка рассказала о жизни с биполярным расстройством

30 марта — Всемирный день биполярного расстройства. Или же — осведомленности об этом заболевании. Дата выбрана не просто так — это день рождения художника Винсента Ван Гога, которому посмертно диагностировали это состояние. По данным ВОЗ на 2025 год, в мире болезнь диагностирована у 37 миллионов человек. 63.RU публикует рассказ пациентки о том, как жить и справляться с этим недугом. Далее — от первого лица. Привет, у меня биполярное расстройство I типа. Конечно, эта колонка будет анонимной, потому что наше общество еще не вполне готово перестать тыкать пальцем в тех, кто открыто говорит о проблемах с ментальным здоровьем. Поэтому я трусливо потявкаю из-за куста. Приступим. Сначала — небольшая справка о самом заболевании:Современные исследования говорят, что биполярное аффективное расстройство (БАР) — это спектр эндогенных (возникающих из-за внутренних причин, а не под влиянием внешних факторов) психопатологий, провоцирующих экстремальные перепады настроения. «Веселые» мании чередуются с периодом депрессий. Между эпизодами бывают интермиссии (своеобразные паузы), которые могут длиться как пару дней, так и десяток лет.Во время мании самооценка повышается, потребность в отдыхе — снижается. Инстинкт самосохранения — на нуле. Бывают галлюцинации, бред, навязчивые идеи.Депрессивные эпизоды выглядят ровно противоположно: беспричинная тоска, грусть, тотальная апатия, отсутствие сил и даже изменения телесных ощущений. Иногда бывают длительные головные боли, затрудненное дыхание, тошнота, бессонница. Частые спутники депрессии — мысли, о которых писать в средствах массовой информации не стоит. Риск врачи оценивают примерно в 20%.БАР появляется из-за сочетания генетической предрасположенности, нейрохимического дисбаланса (дофамин, серотонин) и влияния стрессовых факторов.Биполярное расстройство I типа характеризуется развернутыми маниакальными эпизодами: длительными подъемами настроения, безграничной энергией, импульсивным поведением. Депрессивные эпизоды длятся от нескольких недель и более.Биполярному расстройству II типа свойственны депрессивные эпизоды и гипомания без полноценных маниакальных эпизодов. Вообще, БАР — это такое постоянное перетягивание каната с собственным мозгом. Вопрос «кто победил» актуален каждый день, потому что ты даже не представляешь, сможешь ли удержаться на плаву, а не провалиться в одну из двух крайностей. Однажды начинаешь хотя бы как-то отслеживать колебания настроения и первые чересчур безумные или упаднические мысли, предпринимать меры, идти к врачу за рецептами на лекарства. Мне всегда казалось, что такое состояние свойственно всем людям, просто вокруг меня такие сильные и крутые личности, которым удается со всем справляться. А я размазня, которой даже поднять себя утром с кровати — тяжкий труд. Мания — это лучшее состояние на земле. Хочется, чтобы оно не заканчивалось никогда. Но после него следует неминуемый жесточайший откат. В мании кажется, что мир вокруг только и кричит тебе, какой ты прекрасный и уникальный человек, что все хотят слушать только тебя и о тебе. В этот период не нужна никакая помощь, не нужны врачи, не нужны таблетки. Ты можешь потратить за пару часов все деньги с кредитки или снять все свои накопления со счета, купить билет на самолет или поезд, выкинуть телефон в реку… Это я о себе говорю: всё это я проходила. Ты ходишь на лучшие концерты в жизни, наслаждаешься вкусом еды, понимаешь глубокий смысл произведений искусства. Главное не начать испытывать агрессию и не скандалить. И такая мания бывает. В последнюю свою манию я просто купила кучу парфюмов, косметики и безделушек, оставив себя без «подушки безопасности». В следующий раз я провернула похожее уже с кредиткой. Потом горько жалела и сетовала. И оставила только дебетовые карты. Депрессия — это бетонная плита, которая парализует. Или черная дыра, высасывающая все положительные эмоции. У всех она разная, но тот, кто столкнулся с этим состоянием хотя бы раз в жизни, ни с чем его не спутает. Депрессия — невыразимая тяжесть, неизбывная боль и желание забыться. Я в это время стараюсь меньше спать, потому что тогда я меньше думаю. А самое печальное, что это сильно сказывается на работе: рутинные задачи я выполняю в три раза дольше обычного, допускаю совершенно идиотские ошибки и вообще всех подвожу. Перманентное чувство вины не дает ни на секунду забыть о своей ничтожности. Сидишь и по кругу думаешь одно и то же: «В чем смысл жизни? Зачем я живу? Почему у меня ничего не получается?» Есть не хочется вообще, а вся пища на вкус — размокший картон. И это длится от нескольких недель до года. И я каждый раз готова на всё, лишь бы это кончилось. Про свой диагноз я знала с юности, но периодически просто бросала пить таблетки (конечно, это происходило в мании). Моим тогдашним друзьям казалось, что я такая яркая, творческая и необычная. Мальчикам предсказуемо сносило крыши от эмоциональных качелей (кто бы мог подумать, что через десять лет это не будет расцениваться как синоним нездоровых отношений. Сейчас-то я понимаю, что делать людей заложниками своей болезни — свинство). Постепенно биполярка начала ломать мне жизнь. Я бросила свой любимый университет, поругавшись с преподавателем (пришлось второй раз сдавать ЕГЭ без подготовки, чтобы поступить в другой вуз), окончательно испортила отношения с родителями (они до сих пор считают, что причина моих проблем с настроением — скверный характер, а не болезнь и не реакция на домашнее насилие в воспитании), потеряла кучу возможностей самореализоваться. Но, если я сейчас начну описывать мой анамнез, это будет больше похоже на нытье и завуалированную просьбу меня пожалеть. Поэтому расскажу, как выживаю. Моя самая (не)любимая часть биполярно-аффективного расстройства — лечение. Первое: оно не закончится никогда. Второе: его периодически надо менять. Третье: это стоит каких-то невероятных денег. Четвертое: рабочие лекарства регулярно пропадают из аптек. Итак, вы сделали первый шаг (вы уже молодец, по крайней мере, так вам все будут говорить), сходили к врачу, вам назначили психотерапию (не всегда) и кучу таблеток (всегда). Теперь утром и вечером, а иногда даже чаще, вам нужно принимать лекарства. Забыли? Не беда, просто придется пережить синдром отмены. Обычно это адская тошнота, повышение температуры, ломота в теле, раздражительность, сонливость и усталость. Всегда вариативно, зависит от конкретного препарата. Вот вы полечились, но в вашем мозгу снова что-то сломалось. На этот раз по-новому. Не грустим (это самый распространенный совет от окружающих)! Снова берем себя в руки и идем к врачу, чтобы специалист назначил вам другое лечение. Оно, кстати, сразу работать не начнет: первые пару недель будет что-то похожее на синдром отмены. А еще будет невозможно есть, спать и нормально функционировать в целом. У меня такое недавно было. Назначил мне врач новые нейролептики, я их выпила и пошла на работу, (наивно) ожидая, что сейчас-то мне точно полегчает. В итоге мне пришлось переделывать всю работу, чтобы никто не видел это позорище. А цены… Это боль. Можно пойти в бесплатную государственную больницу, где тебе дадут «грязные» дженерики с еще большим количеством побочных эффектов (о, это отдельная песня, расскажу чуть позже). Поэтому я иду в аптеку с ворохом рецептов, которые выглядят так, будто пережили цунами, оставляю там половину своей зарплаты (я не утрирую: одно из прописанных мне лекарств строит 3000 рублей на пять дней). И вот произошло чудо: лекарства начали работать! Вы, не веря своему счастью, идете в аптеку за новой порцией таблеток. И провизор говорит страшные слова: «Этих препаратов нет в наличии». На ваш растерянный вопрос «А когда будут?» конкретного ответа не поступает. Но вдруг брезжит слабая надежда: «Эти таблетки есть в [наименование населенного пункта в 50 километрах от вас]». Что делать? Ехать, конечно, потому что иначе — синдром отмены или смена состояний. Пару лет назад со мной такая ситуация приключилась: исчезли антидепрессанты. Вообще. Отовсюду. Но нашлась пачка в другом городе. Я туда помчалась, а по приезде услышала самые страшные слова: «Ой, девушка, перед вами забрали вот только что последнюю пачку! Но есть в [название населенного пункта еще дальше]». В итоге я 12 часов каталась по просторам необъятной Самарской области в поисках самого, между прочим, дешевого из моих препаратов. А теперь лучшая часть лечения — побочные эффекты. Я человек невезучий, но предпочитаю называть себя коллекционером. Потому что собираю максимум побочек. Тут надо понимать, что специфических лекарств против биполярного расстройства нет, нам прописывают: антидепрессанты (которые предназначены для лечения униполярной — простой — депрессии без мании. Их выписывают редко, когда совсем никак не заканчивается «темный» эпизод);антипсихотики (для шизофрении и других острых состояний);противоэпилептические препараты (они же антиконвульсанты, помогают немного стабилизировать настроение. Вроде бы. Точно никто не уверен). Самые частые побочные эффекты у этих средств такие: усиление депрессии;бессонница/сонливость;беспричинный набор веса;тремор;синдром беспокойных ног;тревожность;жажда;запор/диарея;учащенное сердцебиение;головная боль;головокружение;сухость во рту;сыпь. И это только несколько пунктов, на самом деле их десятки. Помните, Алиса, попав в страну чудес, нашла пирожок, на котором изюмом было выложено «съешь меня»? Тогда девочка из книжки хотя бы знала, что ее ждет одно из двух: либо она вырастет, либо — уменьшится. А в случае с таблетками, которыми лечат психиатрические заболевания, ситуация интереснее. Буквально: ты никогда не знаешь, кем ты проснешься утром. И вообще, проснешься или проспишь еще часов 14. Однажды я проснулась вся в красных зудящих волдырях. Оказалось, как сказал врач, «просто препарат не подошел». А я-то уж подумала, что все, пришла пора со всеми прощаться. Но не сказать, если честно, что это меня напугало. «Ну помру — так помру», — подумала я. Оказалось, что нужно просто не пить один из препаратов. А еще меня всю жизнь лечили от БАР II типа, а недавно оказалось, что надо — первого. И мне не подходят антидепрессанты вообще. Никакие и никогда. Потому что они могут провоцировать манию вплоть до острого психоза. Конечно, это не самое страшное заболевание на свете, оно не смертельное, но сокращает продолжительность жизни в среднем на 13 лет (по оценкам Всемирной организации здравоохранения). И влияет абсолютно на всё: на работу, на семью и отношения, на самооценку. У биполярно-аффективного расстройства есть и неочевидные плюсы. Например, если вы попали в дождь или заблудились в лесу, вы не промокнете и не замерзнете. Потому что у вас же есть куча инструкций от препаратов! Они огромные: метра три в длину. Ладно, согласна, шутка не очень смешная. Есть в моей ментальной болезни и действительно грустные моменты. Например, очень размываются границы личности. Никогда не знаешь, сам ты что-то решил или это сделала твоя болезнь? Действительно ли ты хочешь совершать определенные действия или же этого желает биполярка? Где кончаюсь я, а где начинается она? Я до сих пор не нашла ответа на этот вопрос. Близкие люди страдают от твоих непостоянства и непоследовательности. Биполярное расстройство — это хаос. Он проникает в жизнь всех, кто так или иначе с тобой связан. Я постоянно всем срываю планы или навязываю ненужные дела… Чтобы не поддерживать в себе ощущение нездоровья, я стала придумывать таблеткам смешные клички. Один препарат я называю «Лабуба», другой — «Лоллобриджида», третий — «Биробиджан». Согласитесь, как-то сразу легче, если в календарике записано «Ужин с Лабубой» или «Завтрак с Лоллобриджидой»? Самое печальное — что мы до сих пор точно не знаем, как лечить это заболевание. Не знаем, что нужно делать, чтобы оно точно не возникло. Но любой человек, который столкнулся с биполярным расстройством, точно знает: нужны лекарства, спокойствие и отсутствие непрошенных советов. Я бы очень рада им следовать — не грустить или не беситься. Только вот тут решают мой мозг с его нейромедиаторами и таблетки. А я зато смешная иногда.