Адвокат осужденного волонтера мемориала «Немцов мост» рассказал подробности дела

В Москве 11 сентября у своего дома задержали Евгения Мищенко, который ухаживал за мемориалом, возникшим на месте убийства политика Бориса Немцова. Тогда же в его квартире прошли обыски. Спустя двое суток мужчине должны были избрать меру пресечения, но его прямо из суда увезли на скорой — Мищенко сказал, что во время задержания его избили. Уже на следующий день после госпитализации суд отправил активиста в СИЗО до 6 ноября по обвинению в участии в террористической организации «Легион "Свобода России"» (запрещена на территории РФ). Корреспондент MSK1.RU поговорила с Николаем Фоминым, адвокатом Мищенко, о подробностях этого дела. «Благодатная почва для оперативных разработок» Волонтера «Немцова моста» уже задерживали в августе этого года. Тогда участники SERB, «проКремлевского радикального движения» (так они называют себя в группе во «ВКонтакте»), написали заявления в полицию на волонтеров мемориала. Точнее, участники SERB называют его «хламосборником предателя» Немцова. Тогда Мищенко отпустили из отделения без составления протокола. Августовское задержание адвокат Николай Фомин не связывает с текущим делом. По его словам, оно «абсолютно не ложится в канву обвинения». — Второй момент, это мое наблюдение. Все те люди, которые там находятся, принимают участие в таких акциях, они, как правило, добродушные. Неискушенные люди, которые свято верят в справедливость и всё остальное, — рассказал Фомин. — Они очень легко поддаются на различные провокации, и к ним легко войти в доверие. Это благодатная почва для оперативных разработок. В суде это было озвучено, это было и в ходатайстве. Также несколько телеграм-каналов указывали, что волонтер находится на контроле у Центра «Э» (управления по противодействию экстремизму МВД России). Эту информацию Николай Фомин не подтвердил и не опроверг. — У меня нет такой информации, — ответил правозащитник. — Безусловно, наши силовые структуры ведут профилактическую работу, где такие активные граждане фиксируются, наверняка ведется досье, есть определенная картотека. Это так, как в обиходе называют. Вполне возможно, у них это называется специальным термином. В понедельник, 11 сентября, Мищенко задержали у своего дома и провели обыск в его квартире. По словам адвоката, у волонтера изъяли технику. Также позже, в зале суда, Мищенко говорил, что при задержании его избили — сломали ребра и грудную клетку. — В данный момент сказать что-нибудь по результатам обыска я не могу, потому что у меня нет никакой информации. С результатами следователя можно ознакомиться только по окончании следствия, — отметил адвокат. «Вели с черного "конвойного" входа в зал суда» После обысков Мищенко забрали в следственный отдел, где, по словам адвоката, ему предъявили сначала подозрение, допросили, а после предъявили обвинение. Свою вину активист признал. — Я пытался у него выяснить, что повлияло на это решение, было ли на него оказано психологическое, физическое воздействие. Меня очень насторожил тот факт, что человек в таком состоянии дает признательные показания по тяжелой статье, будучи общественником, грубо говоря. Он мне однозначно сказал, что это не связано с этим жестким задержанием. Это было в корректной обстановке, и он добровольно дал эти показания, — рассказал адвокат Николай Фомин. Почти через два дня после задержания, 13 августа, волонтера «Немцова моста» доставили в Бабушкинский районный суд. Там ему должны были избрать меру пресечения, но из зала суда Мищенко забрали на скорой. — В суде, когда это было, я сделал всё возможное, чтобы ему послали врача. Понимал, что если сейчас это не сделать и он поедет в СИЗО, то вряд ли он там получит нормальное обследование, — говорит адвокат. По его словам, у Мищенко формально срок задержания, 48 часов, истекал ночью 13 сентября. Утром 14 сентября же его выписали из больницы. — При этом его не отпустили. Фактически его тут же взяли под контроль силовые структуры, назовем так, потому что я не знаю, кто именно. И держали под своим контролем, скажем так, до суда. Вели с черного «конвойного» входа в зал суда, — рассказывает Николай Фомин. Подробности произошедшего за эту ночь ему пришлось узнавать уже во время заседания. — Я в определенный момент спросил: «Евгений, вы же осознавали, что при выписке из больницы вы уже не задержаны? Вы могли идти домой, могли звонить спокойно своей супруге или своим близким? Вы могли спокойно выбирать свое местоположение?» Ну, грубо говоря. Он говорит: «Нет, не осознавал», — вспоминает адвокат. Дома — тяжелобольная жена, а впереди — до 20 лет тюрьмы Защита Мищенко просила о том, чтобы его отправили под домашний арест. По словам адвоката, тяжесть преступления может обосновывать то, что волонтера отправили в СИЗО. Но всё же избранная судом мера пресечения направлена на то, чтобы человек не совершил определенных действий, предусмотренных 97-й статьей УПК. — А именно не противодействовал следствию, не скрылся, не оказывал давление на свидетелей, не уничтожал доказательства и так далее. Понимаете? — говорит Николай Фомин. — И, опять же, по всем канонам, следователь должен представить какие-то фактические обстоятельства, которые подтверждали эти обоснования. Что человек, допустим, имеет за рубежом счета, недвижимость и, соответственно, может скрыться. Был судим, и это говорит, что он может заниматься дальше преступной деятельностью. По словам адвоката, у Мищенко же такого не было. Он постоянно жил в квартире в Москве, где и проводились обыски. Там же он мог и отбывать домашний арест, к тому же, есть средства, чтобы следить за этим и контролировать передвижения человека. — Это, опять же, формальные доводы, они разумные, справедливые. Но потом у него жена с тяжелой болезнью, которая постоянно нуждается в уходе. Она фактически находится у него на иждивении, под постоянным присмотром. Видимо, суд посчитал, что тяжесть этого обвинения не позволяет обратить внимание на те доводы, которые привела защита, — рассказывает адвокат. По его словам, на последнем заседании Евгений чувствовал себя лучше. Убеждал, что в больнице, куда его забрали из зала суда, его подлечили. — Я его психологический портрет еще до конца определил. Я так понял, что он по своей сути пацифист. У меня такое, по крайней мере, сложилось впечатление. Он такой мягкий, добрый по своей сути, — описывает активиста правозащитник. По словам адвоката, статья, по которой обвиняют Мищенко, «очень тяжелая». По ней ему может грозить от 10 до 20 лет заключения строгого режима. Ранее MSK1.RU писал, что Хамовнический районный суд Москвы продлил арест режиссеру Жене Беркович и драматургу Светлане Петрийчук на 1 месяц и 24 дня. Напомним, девушки поставили спектакль «Финист Ясный Сокол». Следователи усмотрели в пьесе оправдание терроризма. Защита просила изменить меру пресечения на домашний арест, но судья не изменила своего решения. Прочитайте репортаж с последнего заседания.