Участники расстрела Белого дома в 1993 году рассказали правду о тех событиях

4 октября 1993 года в Москве танки Российской армии расстреляли Дом Советов (Белый дом, теперь — Дом правительства) на Краснопресненской набережной. К тому моменту в столице две недели бушевали беспорядки: президент России Борис Ельцин бился с народными депутатами за власть, а в городе стреляли из автоматов и жгли баррикады. Россиянам этот кошмар запомнится как кровавый октябрь. MSK1.RU поговорил с участниками тех событий и рассказывает, как страна едва не дошла до гражданской войны, можно ли было избежать крови и что в нашей жизни изменила та бойня. «Ельцин вышел за пределы Конституции»: суть конфликта Осенью 1993 года Россия была в политическом кризисе. Президент Борис Ельцин не мог договориться со Съездом народных депутатов и Верховным Советом о будущем страны. Он хотел продолжать экономические реформы и принять новую Конституцию, которая бы расширила президентские полномочия. Оппоненты были против, даже попытались объявить Ельцину импичмент. В 1993 году в России действовал высший орган власти — Съезд народных депутатов. Он избирал из своего состава Верховный Совет, который разрабатывал законы. Затем председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов еще и публично намекнул на алкогольную зависимость президента, и это стало последней каплей. «Когда Хасбулатов дал понять, что президент — алкоголик, Ельцин это расценил как личное оскорбление. Советские межличностные конфликты были крайне неформальными: если один человек оскорбляет другого в ресторане, тот говорит: „Пойдем выйдем“. Если не выйдешь — ты хлюпик. Вот Ельцин и вышел… За пределы Конституции», — рассказал в беседе с MSK1.RU политолог Алексей Макаркин. Ельцин вопреки Конституции распустил Съезд народных депутатов и Верховный Совет, а последний возложил президентские полномочия на вице-президента Александра Руцкого — и началось. Ельцина поддержали силовики, депутаты вооружились сами и призвали на помощь народ. В уличных столкновениях и при штурме зданий погибли около 160 человек (данные расходятся). «Вас расстреляют»: воспоминания народного депутата Занимавший на тот момент пост народного депутата Виктор Аксючиц был на стороне Верховного Совета. Он рассказал MSK1.RU, что не смог попасть в огороженный проволокой Белый дом и действовал снаружи. Например, попросил о помощи тогда митрополита Кирилла, и церковь стала посредником в переговорах. «Я ждал в холле монастыря, ко мне выбегает заместитель Хасбулатова и говорит: обо всём договорились, блокаду Белого дома снимают, давай пресс-конференцию. А когда я ее дал, по телевидению сообщили, что переговоры прерваны руководством Верховного Совета. Но потом депутат Валентина Домнина мне рассказала, как на самом деле было», — вспомнил Аксючиц. Виктор Аксючиц вспомнил еще об одном эпизоде, характеризующем эпоху. Еще до эскалации к нему приехал президент Южной Осетии Торез Кулумбегов и предложил помощь двухсот боевиков, отдыхающих в подмосковном санатории. «Я ответил, что я человек гражданский, и предложил пойти к министру обороны Качалову. Они долго совещались, затем выходит Торез и говорит: „Виктор, он отказался, вас расстреляют“. Если бы эта боевая структура охраняла Белый дом, события могли пойти совершенно по-другому… А с другой стороны, могло всё еще более кроваво закончиться. Я не решился, поскольку я не профессионал в этом деле», — рассказал Аксючиц. По словам народного депутата, гораздо больше людей бросились защищать членов Верховного Совета, чем вышли в поддержку Ельцина. Сам он просил на улицах и ОМОН, и демонстрантов не применять силу. Зять нашего собеседника, журналист Андрей Бабицкий, тогда тоже был в Москве — вел репортаж со штурма телецентра «Останкино» и выносил раненых. «Под этим обстрелом он вынес троих, одного из них на нем убили. Это человек, который смерти не боялся, не понимал, что такое страх смерти», — рассказал Виктор Аксючиц. Расстрел Белого дома из танков и штурм народный депутат не видел, но с товарищами, конечно, обсуждал. «А вы знаете, что „Альфа“ спасла всех? — спросил собеседник. — Они отказались от штурма, хотя снайпер провокационно убил одного из спецназовцев — сзади в шею, между шлемом и бронежилетом. Они вошли в здание и вывели депутатов, защищая от расправы вооруженных людей и от толпы, которая зверела вокруг». «Коммунисты начали свозить оружие»: воспоминания сторонника Ельцина Георгий Сатаров в 1993-м был членом Президентского совета и участвовал в обсуждении проекта новой Конституции. В беседе с MSK1.RU он рассказал, что Борис Ельцин ожидал такого развития событий. «Первый звоночек прозвучал в конце августа. За Думой было закреплено здание на Трубной площади — Парламентский центр. И Ельцин получил агентурные данные о том, что коммунисты начали туда свозить оружие, поэтому ожидал горячей осени», — сказал Сатаров. Он также отверг версию народного депутата Виктора Аксючица о том, что переговоры в октябре сорвали представители президента. Еще до штурма Белого дома сторонники Верховного Совета атаковали телецентр «Останкино», и это зрелище ошеломило Сатарова. «Стрельба у „Останкино“ не могла не произвести мрачного впечатления. Атакующие начали стрелять по подразделению внутри и пошли в моторизированный штурм, те начали отвечать. Всё это было в прямом эфире, и, конечно, это мрачно, тягостно», — вспомнил собеседник. Перед кульминацией противостояния Георгий Сатаров прибыл в Кремль. «К тому моменту, когда началась стрельба, мы уже написали для Бориса Николаевича текст заявления о завершении этих событий — об аресте тех, кто находился в Белом доме. По телевизору показывали, как мрачные Хасбулатов и Руцкой идут в автобус», — добавил спикер. «Стреляли в обе стороны»: откуда взялись снайперы и фашисты Одним из главных остался вопрос о том, кто стрелял по толпе из снайперских винтовок. Георгий Сатаров признался, что до сих пор не знает, откуда были стрелки. Виктор Аксючиц высказался однозначно. «Понятно, что снайперов могли вывести только спецслужбы, это мог только руководитель охраны Ельцина Коржаков, ему тогда принадлежала власть над воинскими подразделениями. Их и называют снайперы Коржакова. Стреляли в обе стороны, чтобы разъярить и толпу, и силовые структуры», — заявил он. Еще одна провокация спецслужб, по его словам, — это появление отряда националистов под руководством Александра Баркашова. Они вроде и защищали Дом Советов, но дали повод называть сторонников депутатов «красно-коричневыми», то есть коммунистическо-фашистскими силами. «Люди научились жить в условиях компромиссов»: каковы причины и последствия «Я считаю, что цунами того переворота бьет до сих пор. И поправок, которые внесли в ельцинскую Конституцию, недостаточно, нужно просто принимать новую», — заявил MSK1.RU Виктор Аксючиц. По мнению политолога Алексея Макаркина, к стрельбе на улицах Москвы среди прочего привело противоречие в устройстве власти. «В 1990 году был избран Съезд народных депутатов — высший орган, который мог принимать любые решения. В 1991 году был избран президент, и возникла проблема. И Съезд, и президента избирал народ — сразу заложено противоречие: два органа власти получили легитимность от избирателей. Съезд мог уволить президента, а президент распустить Съезд — нет», — разъяснил эксперт. Затем развился конфликт между Ельциным и Хасбулатовым, они не могли договориться о новой Конституции. Накопилось и напряжение в обществе. «Конфликт между политически активными слоями населения достиг максимального предела. С одной стороны были демократы, которые боялись при победе оппонентов оказаться в местах лишения свободы, а с другой — люди, которые только что потеряли страну. Они требовали немедленного отстранения Ельцина и восстановления СССР», — сказал он. После произошедшего в 1993 году власти приняли новую Конституцию, по которой мы живем и сейчас, пускай с поправками. Появился двухпалатный парламент, и изменились даже цвета государственного флага: лазоревый и алый заменили на синий и красный. Алексей Макаркин назвал два самых явных последствия: во-первых, Россия стала президентской республикой. Во-вторых, политики и простые люди начали активнее договариваться. «Люди научились жить в условиях компромиссов не только на уровне Госдумы. Эта гражданская война в центре Москвы поспособствовала тому, что стали искать политические компромиссы и в семейной жизни. Когда дошли до предела, стали меньше говорить о политике. Остановились, подумали и решили, что надо для чего-то другого жить», — заключил политолог. За два года до этих событий в Москве уже была попытка госпереворота, тогда люди поддержали Ельцина и не позволили заговорщикам из ГКЧП взять власть. Подробно о тех событиях мы рассказывали здесь.