«Понимали, что это нужно для фронта, но толком многого не знали». Как сейчас живет ветеран, которая провела детство в типографии «Правды»

Ветеран труда Викторина Николаевна Соколова встретила войну десятилетней девочкой, пережила эвакуацию в Сибирь, а уже с 12 лет работала в типографии «Правда», помогая фронту. Сегодня она делится воспоминаниями о военном детстве, Дне Победы и жизни, в которой труд и стойкость стали главными опорами.

Воспоминания Викторины Николаевны начинаются с лета 1941 года — времени, когда привычная жизнь оборвалась для миллионов советских семей.

Ее мама работала в типографии издательства «Правда». Когда стало ясно, что война затянется, для детей сотрудников, чьи родители были связаны с фронтовой работой, организовали эвакуационный лагерь.

«Когда началась война, мне было 10 лет. Мама решила отправить меня в лагерь и сама поехала вместе со мной. Сначала нас отправили на Волгу, в город Васильсурск, но были мы там недолго — немцы двигались к Москве. Потом лагерь перевели дальше, в Омск, на Иртыш».

Путь оказался непростым: Викторина Николаевна вспоминает, что пароход, на котором перевозили людей, тогда сковало льдом и им пришлось добираться до берега по замерзшей реке.

Несмотря на тревожное время, в эвакуации дети старались жить обычной жизнью: учились, работали, соревновались друг с другом.

«Жили нормально, сыты были. Летом работали в колхозе: пололи морковь, картошку. У нас даже было соревнование — кто быстрее прополет грядку. Победителей угощали печеньем. Был один учитель, Михаил Николаевич Поспелов, он читал нам всё о войне, о революции».

В лагере они находились в относительно спокойных условиях и были защищены от боевых действий и их последствий. Викторина Николаевна вспоминает номер из местной газеты:

«Я увидела в ней снимок совсем маленькой девочки, и там было написано: „Спасибо Чернолучью“. Потому что дети там не знали ужасов войны, бомбежек и всего этого».

После возвращения из эвакуации в конце ноября 1943 года Викторина, как и многие подростки военного времени, рано начала работать. В 12 лет мама устроила ее в брошюровочный цех в типографию.

«Мама приехала с работы и сказала: „Придется тебе идти работать, на одну мою рабочую карточку мы не проживем“. Я, правда, ничего не сказала, но в душе порадовалась, что как-то изменится обстановка».

Печатали не только газеты, но и специальные листовки для оккупированных территорий.

«Мы понимали, что это нужно для фронта, но толком многого не знали. Нам даже не разрешали читать листовки. Мы расписывались, что не будем знакомиться с их содержанием».

Только спустя годы стало понятно, насколько важной была эта работа.

«Эти листовки предназначались для жителей оккупированных земель. Их сбрасывали с самолета, и люди узнавали, что наши войска наступают, что освобождение близко».

Сообщение о Победе в типографию пришло одним из первых.

«Это известие разнеслось по всей типографии. Мы ликовали, радовались, прыгали, пели песни, плясали».

Позже Викторина Николаевна стала свидетельницей исторического события — прохода колонн пленных немцев по Москве.

«Нас отпустили с работы, и мы побежали смотреть. Они шли шеренгами по Ленинградскому проспекту, а наши солдаты охраняли их с обеих сторон с собаками».

Она вспоминает, что люди реагировали по-разному.

«Некоторые держали камни и хотели бросить в немцев, но их останавливали и не разрешали этого делать».

После войны Викторина Николаевна осталась верна своему делу. Она прошла путь до старшего мастера и исполняющей обязанности начальника цеха.

«Там вот я работала всё время на „Правде“ и ушла оттуда на пенсию».

Она вспоминает, что в молодости с подругой Люсей везде принимала участие, любила работать и трудиться.

«Мы всегда были впереди. Даже когда было землетрясение в Ашхабаде, мастер пришла к нам и говорит: „Кто пойдет сдавать кровь?“ Мы опять с Люсей первые пошли. Доза — это 450 г, а полдозы — это 225 г. Мы сдали по 225 г. А в это время мама моя пришла к нашему мастеру, узнать, как я работаю. Но она сказала, что я сегодня не работаю. А мама говорит: „Почему она не работает? Она поехала на работу“. „Нет, она сегодня кровь сдает“. И когда я приехала вечером домой, мама меня отругала: „Я хочу, чтоб ты была здоровой. А ты кровь сдаешь, я тебе витамины даю, соки делаю, а ты вот так ведешь себя“. Ну я промолчала и сказала: „Больше я не буду“. Но, правда, мы через год с Люсей сдали уже не по полдозе, а по дозе 450 г. Вот, но в этот раз мама не узнала».

В 22 года Викторина получила медаль за доблестный труд, ее вручил Семен Буденный в Доме Союзов. Была награждена орденом Трудового Красного знамени, когда газете «Правда» исполнилось 50 лет.

«Вот это высокие награды, которые я получила. Ну, а потом уже 100 лет со дня рождения Ленина, затем медали 30 лет Победы, 40 лет Победы над Германией — это всё шло само по себе».

О своей семье Викторина Николаевна рассказывает спокойно, без лишних слов. С мужем они прожили долгую жизнь. Детей не было.

В 2001 году супруга не стало из-за болезни, но в больнице он ни на минуту не отпускал жену от себя.

«Я ухаживала за ним пять месяцев. Он просил: „Не уходи от меня“. И я оставалась рядом, даже спала в больнице на каталке возле него».

В этих словах — вся сила ее характера: верность, терпение и способность быть рядом до конца.

Сейчас Викторина Николаевна много внимания уделяет здоровью, ездит в санатории, когда есть возможность. Встречает родственников и вместе с ними гуляет.

«Они ходят в театры и меня берут с собой. Были в Большом театре, в Кремлевском дворце. Развлекаемся понемножку».