Сама потонула в заимствованиях. Изучаем высказывания депутата Госдумы, которая выступает за чистоту русского языка

Депутат Госдумы Елена Ямпольская представила на рассмотрение Госдумы законопроект, который предлагает внести изменения в закон «О государственном языке». Простыми словами, это документ о борьбе с нездоровым засильем англицизмов в русском языке. Эту идею Ямпольская продвигала давно. В декабре 2022 года она даже устроила целое выступление в думе: зачитала с трибуны отрывок из поэмы Николая Гоголя «Мертвые души», переведенный, по ее словам, на «современный» язык. Кто и где таким языком разговаривает — депутат не уточнила. Наши коллеги из 116.RU попросили филолога и нашего постоянного автора Анну Голубницкую, которая всю жизнь работает с текстами, проанализировать посты депутата в соцсетях, чтобы понять, а чем наполнена речь самой Ямпольской. Сразу небольшой спойлер: сама депутат, так ратующая за чистоту языка, не чурается огромного количества заимствований в своей речи. — В своем телеграм-канале, комментируя работу над документом, предлагающим изменение в законе «О государственном языке», Ямпольская сама не может обойтись без заимствованных слов. Цитирую: «Итак, сегодня мы с коллегами внесли в Госдуму законопроект, предлагающий «изменения в федеральный закон "О государственном языке" и другие законодательные акты». За скучным названием — больше двух лет страстей, борьбы, отказов, стандартных отписок «всё урегулировано, ничего не требуется» и «устойчивого ощущения, будто я колочусь головой о каменную стену». Слова «коллега» и «урегулировано» при этом имеют латинские корни, «стандартный» — тоже пришло в русский язык из английского. Ну а про лексические единицы, начинающиеся с буквы «ф», и говорить нечего — уж слишком явный признак иноязычного происхождения, об этом знают даже первокурсники-филологи. Смотрим дальше. В следующем абзаце этого же поста депутат (это тоже, к слову, не исконно русское слово) пишет: «Сомневаюсь, что нам удалось бы переубедить коллег из правительства, если бы не январский указ президента, уточняющий "Основы государственной культурной политики" и вводящий понятие культурного суверенитета. В этом документе среди задач по защите и поддержке русского языка как государственного прямо значится "противодействие излишнему использованию иностранной лексики"». Понятие «президент» пришло к нам из латинского и французского языков, равно как и название месяца январь и термин «культура», куда же мы без латыни! Суверенитет — опять французские корни, лексика — греческие. В этом же посте ниже можно увидеть слова «политическая», «библиотечный», «информации», «кодекс», «реклама». Любой более-менее знающий основы русского языка человек легко обнаружит, что эти слова пришли к нам из греческого, латинского, французского языков соответственно. Снова процитирую Елену Александровну: «Жители российских городов круглый год ходят по улицам, где 50–70 процентов вывесок и объявлений выполнены на латинице либо являются транслитами». Простите, какой транслит, мы же за чистоту нашего языка топим. Это ж самый что ни на есть англицизм, с которыми-то и призывает дальше бороться автор законопроекта. Ох, не комильфо, не комильфо. Тогда нужно переписать это предложение, используя исконные понятия, и заменить слово «информация» чем-то на чисто русском языке: «Но всю информацию для потребителя — а законопроект вдобавок раскрывает это понятие — надо будет предоставлять на чистом русском языке». То же самое можно отнести и к заключительной части этого сообщения: «Ну и словарные нормы русского как государственного станут обязательными для ведущих программ на основных телеканалах. То есть долой коверкинги языка, если имеется аналог в родном. Окончательное решение в каждом конкретном случае за лингвистами». Давайте будем менять на исконно русские, пришедшие из других языков слова «норма», «программа», «телеканал», «аналог», «конкретный», «лингвисты». Посмотрим публикации депутата во «ВКонтакте». Например, большой пост про Хеллоуин, который в этом году стал главной проблемой всех политиков и чиновников, кому, кажется, нечем было заняться. Читаем: «Национальная культура в "заповедниках" отдельных мероприятий и фестивалей, для единомышленников с окладистыми бородами — ни о чем. Нужна смелая экспансия родного обаяния. Заняться бы этим системно, творчески, со знаниями и любовью — чужое прочно вытеснили бы на обочину». И если «национальную культуру» мы разбирали чуть выше и русский язык с этими понятиями уже сжился, то экспансия до сих пор звучит совсем не родным термином. Не проще ли было заменить слово из латинского языка на более привычное «расширение». Даже в милых, душевных и семейных заметках в телеграм-канале борец за чистоту языка не обходится без заимствования, рассказывая о дочке: «Такой диалог ранним утром обеспечивает улыбку до вечера». А ведь это слово пришло из греческого и имеет исконно русский синоним — разговор, беседа. Чуть позже там же другая запись: «Первая премьера дочки — осенний утренник в садике. Были многочисленные репетиции, несколько прогонов, всё как полагается». Собственно, здесь иноязычных слов не так много — «премьера», «репетиции». А вот дальше — интереснее. Читаем продолжение короткого поста с грустным сетованием родителя, который не может присутствовать на значимом для ребенка событии: «Пленарное заседание, рассмотрение в первом чтении проекта федерального закона о бюджете, конечно, не позволят мне посмотреть спектакль вживую. Буду волноваться и ждать видео». «Спектакль» — латинское, про «федеральный» сказали чуть раньше, бюджет — старонормандское, но явно прослеживаются английские корни. Видео? А чем это слово лучше тех, что пришли из английского не так давно. Тоже его дублировать по-русски, получается, тогда нужно. Ну и напоследок: посты Елены Ямпольской сильно нуждаются в корректорской вычитке. Если с орфографией еще куда ни шло, то пунктуация хромает. Точки над ё никто в русском языке официально не отменял, между двумя числительными нужен не дефис, а короткое тире, да и пропущенная запятая при однородных союзах «ни» и лишняя с союзом «как» — это программа средней общеобразовательной школы. У филологов есть такое понятие, как языковой пуризм — стремление сохранить литературный язык в «образцовом» виде, провозглашение его чистоты как особой ценности, борьба против неологизмов и иноязычных заимствований, ограждение от естественного проникновения новообразований. Можно объяснить попытки оградить язык от инородного влияния, однако то, как мы говорим и какие слова используем, отражает современную жизнь. Так было всегда. Язык — живая система, какие-то понятия принимает и ассимилирует, какие-то отторгает. Никто же из нас не говорит на языке автора «Слова о полку Игореве» или Пушкина, да даже авторов начала ХХ века современники воспринимают уже с трудом. Порой исконно русские термины заменяются заимствованными, и они приживаются больше, чем оригиналы. Например, так произошло с ЭВМ — сейчас все используют слово «компьютер», и мало кто воспринимает его как чуждое языку и инородное. Да что там компьютер, даже, казалось бы, исконно русский «самовар» заимствован из тюркского, сохранилось это понятие и поныне в турецком и фарси. Поэтому не совсем понятно рвение госпожи Ямпольской очистить язык от чужеродных элементов. До каких пор? И зачем? Доктор филологических наук, профессор Дмитрий Ильин считает, что русский язык и так в основной массе состоит из заимствований, прочно вошедших в лексикон, и предполагает, что в некоторых случаях без иноязычных слов просто не обойтись. Дмитрий Ильин — доктор филологических наук, проректор по учебной работе Волгоградского государственного университета. Область научных интересов: современный русский язык, ономастика, теория нормы, топонимика, функциональная лексикология, функциональная грамматика, лексикография, лингвокультурологическое описание языка региона. — Я достаточно скептически отношусь к этому законопроекту. Например, котлета, хлеб, изба и так далее. То, что, в принципе, мы воспринимаем уже как свое, — объясняет профессор Ильин. — Второе. Есть специализированная лексика, которую никак нельзя экстраполировать на русский язык. Возьмем, к примеру, ту же компьютерную лексику. Мы будем как-то по-другому называть принтер? Сам компьютер? Ксерокс? Или музыкальная лексика — она практически вся из итальянского языка. Точно так же, как морская терминология — это голландский язык, те же шкиперы и так далее. Каким образом будет работать этот закон? Каковы механизмы его внедрения? Мне пока непонятно. Но удивляться, кажется, нечему. Елена Ямпольская уже попадала в поле нашего зрения, будучи депутатом противоречивым. Она яро защищает всё российское, но сама почему-то предпочитает облачаться во всё иностранное. В ее гардеробе мы нашли одежду от элитных и очень дорогих брендов родом из Британии, Италии, Швейцарии. Сама Ямпольская вещи за сотни тысяч рублей, на которые среднестатистическому россиянину копить и копить, называет «тряпками». Да и к работе депутата с информацией тоже есть вопросы. Летом 2023-го она, выступая против фейков, сама его распространила. Она обвинила издание «Форбс» в «неважной логике» из-за новости про артистов-иноагентов. Однако издание не публиковало такой материал.