«Какие-то художники попали под раздачу, многие уехали»: как политика изменила уличное искусство в Москве

Последние четыре года изменили в России многое — от системы образования до соцсетей. Некие преобразования коснулись, казалось бы, самой далекой от политики сферы — уличного искусства.

Радикальных высказываний стало меньше, некоторые авторы эмигрировали. Например, в 2023 году Филипп Козлов, известный среди художников под псевдонимом Philippenzo, после граффити под названием «Изроссилование» на улицах Москвы стал фигурантом уголовного дела и уехал из страны. И представить себе подобные работы на улицах столицы сейчас, в 2026 году, крайне сложно.

MSK1.RU решил выяснить, как изменилось уличное искусство.

Московский художник Никита Голубев стал известен картинами на грязных машинах. Он находит запачканный автомобиль и создает на нем произведение искусства. Никита рассказывал в интервью, что придумал такую форму спонтанно и благодаря ей смог поездить по миру, посотрудничать с Netflix и стать гостем «Вечернего Урганта».

По словам художника, уличное искусство в 2026 году точнее всего называть притаившимся, так как в последние годы авторы стали высказываться всё менее резко.

TomA 3000, скрывающий лицо за маской Фантомаса, делает барельефы и больше всего известен как участник дуэта БАТОМА. Он согласен, что на 100% радикального искусства больше нет. При этом художник не любит морализаторство в творчестве.

«Если честно, никогда не понимал такого, когда меня лицом тыкают: мол, зло — это зло, а делать плохо — это плохо! Погляди-ка, а вот это добро! Поэтому мне, например, нравится Хаски, а он не нравится никому, у кого радикальные взгляды. Он может сказать что угодно так, что это не выглядит вырвиглазным радикализмом, но посыл понятен, настоящее искусство», — рассудил ТомА 3000.

Еще один собеседник MSK1.RU — уличный художник с псевдонимом 4о4. По его мнению, с течением лет всё меняется, но политика не главная причина.

«Я бы не сказал, что кто-то раньше что-то радикальное делал или кто-то из важных участников сцены уехал. В Москве всё сразу закрашивают, вот у многих интерес и пропадает, все ищут новые места и новые формы самовыражения. На забросах, например, активность бешеная», — высказался он.

Описать тенденции стрит-арта мы попросили создательницу блога Voice Of Street Софию. Она документирует уличное искусство с 2017 года и считает, что его не стало меньше, просто изменилась форма, она стала более незаметной. Если раньше художники хотели делать масштабные граффити, сейчас всё больше стикеров и барельефов.

Она редко видит политические и социальные высказывания, но замечает творческий протест в том, как авторы реагируют на коммерциализацию.

«Арт-рынок в России развивается, формируются правила, не все с этим согласны, особенно это видно в среде уличных художников, которые делают свои работы бесплатно, и для них улица — их галерея», — пояснила собеседница.

В Москве художнику нужно пройти семь инстанций, чтобы власти разрешили ему разрисовать стену, и мало кто решается на это. В то же время разные институции готовы сотрудничать с авторами и предлагают им площадки. Но получается ли там настоящее творчество?

У Никиты Голубева в Instagram (деятельность в РФ запрещена) 142 тысячи подписчиков, его работы на холстах покупают, а сотрудничать предлагают бизнес-школа «Сколково» и футбольный клуб ЦСКА. MSK1.RU обсудил с художником, в чем разница между согласованными работами и по-настоящему уличными.

«Без согласования даже на гаражах не нарисуешь: всё закрасят. И большинство уличных художников на другое не рассчитывает. Все изначально готовы к тому, что работа просуществуют несколько дней», — сказал Никита.

Можно предложить творчество, например, управе района, но авторского высказывания не получится, власти готовы только украсить двор, считает Никита. Другое дело опен-колы от архитектурных бюро — там больше возможностей реализовать свою идею.

Никита сравнил две свои недавние работы: муралы на стадионе ЦСКА «ВЭБ Арена» и рисунок в центре творческих индустрий «Фабрика». Оформить стадион Никите предложили в футбольном клубе, это уже не первое их сотрудничество. По его словам, вызов интересный, но всё-таки больше про ремесло, чем про чистое творчество.

ТомА 3000 рассказал, что в последнее время его с напарником стали чаще звать на выставки, но главное поле для творчества — по-прежнему улица.

«Прямо сейчас мы выставляемся в „Русском доме“ в Берлине, недавно был большой день „Бурятского андеграунда“ в ГЭС-2, — рассказал ТомА 3000. — Художник Андрей Бергер позвал меня на „Коробка-фест“ в качестве барельефщика. Говорит, что явление для России и мира весьма уникальное. Но большинство моих работ вы всё равно увидите именно на улице».

Для художника с псевдонимом 4о4 основные сферы — это граффити и стикеры, а главная тема — «ошибка», число 404. Автор повторяет этот код в самых разных формах.

Художник тоже сотрудничает с различными организациями, например, сейчас участвует в проекте ARCA от фонда RuArts и Московского музея современного искусства. Это арка здания, превращенная в открытую площадку, где уличные художники рисуют на протяжении нескольких лет.

Никуда не делась вечная борьба художников с городскими службами. По словам уличного художника Данила Савинского, в Москве сотрудники ЖКХ — «резвые ребята», одну его работу сняли уже через четыре часа. Автор рассказал, что сохранить экспонат подольше можно тремя способами: сделать его в заброшенном здании, поместить повыше или незаметно встроить в пространство.

Автор блога Voice Of Street София согласна, что коммунальщики в Москве работают очень активно, хотя некоторые работы висят годами даже в центре города.

Логика городских служб понятна, для них это всё — вандализм и безобразие, нарушение закона. Художники, конечно, не согласны.

«По закону — вандализм, а по сути мы санитары города, указываем коммунальщикам на городские изъяны, плюс толкаем вперед состав под названием уличное искусство. Есть еще очень важный аспект этого движения — социальное здоровье. Подростки, подчас из неблагополучных семей, находят себе дело, получают компанию единомышленников, а общество — пониженную криминальную среду», — считает 4о4.

«Если искусство никому не мешает, ничего не разрушает и заставляет людей улыбнуться или задуматься, я бы не спешил называть его вандализмом. Для меня вандализм — это разрушение, — отметил ТомА 3000. — Например, мои работы появляются вне музеев и галерей, и это может вызывать споры. Но именно в этом и заключается прикол уличного искусства. Оно становится частью разговора о том, каким должен быть город. Москву стараются сделать стерильно чистой, в живых городах так не бывает, город живет и дышит».

Еще один уличный художник с псевдонимом Tour ATC рассказал MSK1.RU, что пытается найти изображение, которое уже существует внутри стены. Ему интересно хотя бы на короткое время «изменить угол зрения» прохожего.

Данила Савинского уличное искусство привлекает тем, что оно свободно, автор никому ничего не должен. Кроме того, на улице практически не ограничены масштабы.

«Что касается работ с эскизом, то это чаще всего диалог со зрителем, попытка выбить его из колеи обычного существования в городе. Импровизационные — это чистый творческий импульс, такой чувственный фристайл, в котором любые поверхности в городе становятся холстом», — рассказал художник.

Люди реагируют на уличных художников по-разному. В Санкт-Петербурге Данил получил по лицу от пьяного мужчины, а на Шри-Ланке местный житель взял у него из рук телефон с фонариком и молча помогал светить.

«На следующую ночь я пришел доделать работу, ко мне подъехал другой локал (местный. — Прим. ред.) на тук-туке (трехколесный мотоцикл. — Прим. ред.), стал светить фарами и так же молча помог мне закончить. В каком-то смысле это была совместная работа, мне ассистировали местные жители», — рассказал Савинский.

Ранее мы рассказывали про жителя подмосковного Видного, который превращает свой город в галерею. Журналисты MSK1.RU прогулялись с Алексеем Метлицким и узнали, как он создает мозаики.