«Внуки захотят вернуть оригинал, но будет только новодел»: что потеряет Москва, если Шуховскую башню разберут

Москва готовится к самой спорной реконструкции десятилетия. Осенью 2026 года Российская телевизионная и радиовещательная сеть (РТРС) планирует начать работы на Шаболовке. Башню полностью разберут, а на ее месте соберут новую — из современных материалов. Владелец называет это реставрацией и спасением. Историки архитектуры, инженеры, градозащитники и местные жители называют это утратой подлинника.

Чего может лишиться Москва и почему так происходит, — в материале MSK1.RU.

В апреле 2026 года РТРС объявила, что проект реконструкции Шуховской башни прошел Главгосэкспертизу. Работы начнутся осенью и займут около полутора лет. По плану башню разберут на шесть секций, каждый элемент промаркируют и проверят. Те детали, которые не получится восстановить, заменят новыми. Внутри установят подъемник для обслуживания, рядом откроют музей Шухова.

«В этом году, осенью, у нас будет масштабная реконструкция Шуховской башни, которую мы наконец запустили. Занимались мы этим десять лет, больше десяти лет», — сказал первый заместитель гендиректора РТРС Алексей Попов на торжестве в честь 25-летия компании.

РТРС объясняет свое решение тем, что металл башни серьезно поражен коррозией. Поэтому детали воссоздадут по чертежам.

Итоговая сохранность оригинального материала, как предполагают градозащитники, ознакомившиеся с проектом реконструкции, будет в диапазоне 5-7%. Сторонники такого исхода не видят в демонтаже старых элементов ничего плохого.

«Мы не должны сохранять ржавый металл. Наша задача сохранить гениальную мысль Шухова», — заявил инженер-конструктор Владимир Травуш, участвовавший в экспертизе.

По его словам, еще 15 лет назад башня была в «предаварийном состоянии». Конструкцию попытались укрепить сваркой. Но идея провалились — металл трескается.

Новые элементы оцинкуют и покроют защитным составом. РТРС настаивает, что это будет не снос, а реставрация.

«Замена металлических конструкций не противоречит нормам законодательства о сохранении объектов культурного наследия, материал памятника не является предметом его охраны», — говорится в официальном разъяснении РТРС.

Историк архитектуры, руководитель образовательной компании «Глазами инженера» Айрат Багаутдинов называет происходящее «варварским проектом». Он напоминает: в 2017 году уже существовал проект, который предполагал снять только две верхние секции, а четыре оставить на месте. Такой расклад утраивал всех — и активистов, и Министерство культуры.

Но вместо хорошего проекта реставрации в 2026 году пришел новый — такой, согласно которому детали башни планируют разобрать и заменить. По словам историка архитектуры, ситуация выглядит как сознательная попытка избавиться от памятника.

«РТРС — компания, которая управляет инфраструктурными объектами, а памятник им как бы ни к чему. С 2011 года они пытаются от него избавиться: то предлагают взять правительству Москвы, то Политехническому музею, то предлагают снести», — говорит историк архитектуры.

Багаутдинов убежден: башня обладает огромным запасом прочности. Он приводит пример башен на Оке в Дзержинске — почти такой же высоты. В девяностые там отпилили 16 стоек из 48, и башни продолжали стоять. Одна упала только через несколько лет, вторая — устояла. Это, конечно, не значит, что башню не нужно реставрировать совсем.

«Я считаю, что здесь не надо спешить. Башне нужна реставрация. Но если сейчас нет денег на реставрацию, лучше законсервировать и дождаться времен, когда появится и политическая воля для реставрационного проекта», — считает Айрат Багаутдинов.

Историк, культуролог, специалист по промышленному наследию Инна Крылова называет башню не просто конструкцией, а «инженерной археологией». Она напоминает: башню собирали с 1919 по 1922 год из того, что удалось найти. В основании — материалы немецкого производства с клеймами саксонских заводов, сделанные до Первой мировой войны. Остальной металл — раннесоветского периода.

«Шухов постоянно писал в дневниках: „Железа нет“. Для него это была трагедия. Каждый раз лотерея — какой материал пришлют. Это неоднородный слой, это фактически археология, инженерная археология, которая очень ценна для наших потомков», — говорит Крылова.

Крылова подчеркивает: по международным хартиям реставрации, материал — одна из главных ценностей при работе с наследием. Его всегда стараются сохранить.

«В выработке камня, в производстве дерева… реставраторы используют только оригинальные материалы при восстановлении соборов, каких-то деревянных строений. В нашем случае, это большое количество свидетельств об эпохе ранней советской металлургии», — говорит градозащитница.

Для самой Инны, как для жительницы района, башня — визуальная характеристика города, ретранслятор, через который прошли все главные вести: начало Великой Отечественной войны, победа в ней же, смерть Сталина, развал Советского союза.

«Может быть, многие недооценивают Шуховскую башню. А для наших предков это значение было связано с какой-то хорошей новостью, с гордостью за страну. А на адрес „Шаболовка, 37“ писали письма абсолютно все жители Советского Союза разных возрастов. Шаболовская башня — это не только символ района, города, это символ страны в определенный период, это очень узнаваемый символ», — говорит Инна Крылова.

У Инны есть и личная связь с башней. Она переехала на Шаболовку около 30 лет назад, не зная, что именно здесь в 1922 году поселился ее дедушка по папиной линии. Его, уроженца Варшавы, командировали в Москву в качестве научного сотрудника.

«У нас, когда мы с мужем переезжали, выбор был очевидный — поближе к башне. И только спустя лет десять, разбирая семейные архивы, я обнаружила, что мой дедушка получил здесь, недалеко от Серпуховской заставы, комнату для их молодой семьи с бабушкой. И он видел только построенную Шуховскую башню. И наверняка гордился ею. Вот этой авангардной застройки вокруг не было, они въехали в деревянный трехэтажный дом барачного типа с отдельной комнатой. И я думаю, что для него это был, как сейчас принято говорить, „вау-эффект“. Самое знаменитое место, самая большая башня. И я уверена, что где-то здесь, рядом с моим домом, он ходил и любовался этой башней. Он точно был свидетелем ее открытия», — рассказывает местная жительница.

С другими активистами Инна также переживает и о том, что башню могут передвинуть. Территория вокруг башни — лакомый кусок для строителей.

«Пятно застройки между Конным переулком, Шаболовкой, улицей Хавской и улицей Шухова — это лакомый кусок для возведения элитного жилья. При разборке возможна и передвижка основания памятника в угоду архитектурному проекту девелопера», — высказывает опасения Инна Крылова.

Актриса театра и кино Екатерина Головкова живет на Шаболовке с 2020 года. Она сознательно выбрала этот район для жизни. Для нее башня — символ города. Сейчас они с соседями только и говорят, что о грядущем сносе.

«У нас есть соседка, которая прожила всю жизнь здесь, она выросла в „доме-корабле“ и она всю жизнь ходила в школу рядом с Шуховской башней. Она сказала вот как. Для нее башня — это ось абсцисс и ординат всей ее жизни. Вокруг башни просто проходит вся ее жизнь. Как вокруг оси», — говорит актриса.

Головкова говорит, что для местных башня — это ориентир, чувство дома.

«Ты выходишь из метро — видишь башню. Возвращаешься поздно вечером — видишь башню. И ты всегда взглядом ищешь башню. Это какая-то совершенно нелогичная связь, ее нельзя упаковать и разложить на понятные составляющие. Люди определяют по ней, что они дома», — размышляет актриса Екатерина Головкова.

Она сравнивает замену башни новоделом с заменой близкого человека.

«Когда вам вместо старой мамы дадут новую женщину и скажут: „Ну, она же лучше. Она же молодая, она красивая. Тоже женщина, в принципе, конструктивно похожа“. Ну это же невозможно! Вы же не можете променять того человека, который пробыл с вами столько времени, на что-то новое, красивое, и сказать, что это то же самое? Нет», — говорит актриса.

Екатерина — человек творческий, чувствующий, и для нее дух района стал причиной переезда сюда.

Основной фактор недовольства градозащитников — именно замена материала. Раньше в предмете охраны был пункт про оригинальные конструкции, материалы, элементы стоек и колец. В 2022 году его удалили.

«Они заказали профильной организации разработку нового предмета охраны, потом согласовали его с Минкультом. Но это выглядит как фарс, потому что совершенно видно: огромный документ, который был разработан, в конечном счете приводит к тому, что у них появляется ровно такой же предмет охраны, просто удалена одна строчка», — рассказывает историк архитектуры

По его словам, теперь РТРС апеллирует к этому.

«Проект действительно „соответствует предмету охраны“. „В предмете охраны же нет оригинальных конструкций, вот мы их и не сохраняем“, — пересказывает позицию компании Айрат Багаутдинов. — Естественно, его там нет! Потому что вы его в 2022 году неправомерно оттуда удалили».

При этом, как отмечает историк, законодательство не ограничивает изменение предмета охраны. Более того, недавно приняли закон, который позволяет региональным органам власти менять предмет охраны вплоть до лишения статуса.

«Раньше была система противовесов: если ты поставил здание на охрану, не имеешь права снять без согласования с Минкультом. Сегодня от этой меры отказались», — рассказывает историк архитектуры.

Общественная кампания за сохранение башни набирает обороты. На портале «Архи.ру» идет сбор подписей под открытым письмом к президенту и мэру Москвы. Под ним уже более 8 000 подписей. Авторы просят наложить мораторий на проект реконструкции и разработать вместо него проект научной реставрации. Они также предлагают вернуть в предмет охраны подлинный металл, заклепочные соединения и технологические особенности конструкции.

«Через 100 лет наши прекрасные внуки захотят, может быть, чтобы у них был оригинал. Но оригинал уже не вернешь. Они так будут жить вечно с новоделом», — говорит Багаутдинов.

Ранее в РТРС ответили, когда начнется скандальная реконструкция Шуховской башни на Шаболовке.