«Собака обнаружила в багаже 12 мертвых фенеков». Как в московских аэропортах ловят контрабандистов и ищут наркотики

В будни в аэропорту Внуково многолюдно. Повсюду снуют пассажиры, кто-то торопится получить багаж и выйти в город. Плотные ряды спешащих разрезает хрупкая девушка в камуфляжной форме, в руке у нее поводок с собакой. На крупной шее овчарки по кличке Кобра — ошейник с белой надписью «Таможня». Уверенной походкой они движутся к «зеленому коридору», затем начинается работа.

Из ленты то и дело выкатываются чемоданы, Кобра обнюхивает каждый из них. Реакция у пассажиров разная: одни с удивлением рассматривают служебную собаку, другие — с опаской оглядываются. Кобра — живой сканер, вычисляющий наркотические вещества. В этом непростом деле она полагается лишь на нюх и опыт, наработанный за годы тренировок.

О том, как готовят служебных собак для работы в аэропорту, как они работают и что выдает нарушителей, читайте в новом материале на MSK1.RU.

Главное — не спугнуть преступника

За плечами у Анны Валышевой более 10 лет работы кинологом. Девушка признаётся, что ей с детства нравились животные — тем более, что ее родители держали дома собак. После школы Анна получила зооинженерное образование, а после оказалась в таможенных органах. Со своей нынешней напарницей — немецкой овчаркой Коброй — она работает уже три с половиной года.

«Закупают собак для таможни у заводчиков, чьи собаки зарекомендовали себя на соревнованиях или на службе, — рассказывает MSK1.RU Анна. — Кобру взяли щенком. Когда ей исполнилось 10 месяцев (минимальный возраст для прохождения обучения. — Прим. ред.), нас направили на обучение. Оно длится три месяца и проходит либо в Подмосковье — в деревне Орлово, либо в Адыгее — в Майкопе. Там находятся крупные кинологические центры Федеральной таможенной службы».

Как правило, у служебных собак две мотивации к выполнению заданий — игры и еда. В зависимости от того, какое поощрение животное воспринимает охотнее, ему подбирается методика обучения. В кинологических центрах есть имитаторы запахов наркотиков и купюр — во время тренировок с ними «запрещенка» и ее поиск начинают ассоциироваться у собаки с наградой.

«В случае с деньгами, реакция скорее на запах краски. Для того, чтобы „поставить“ у собаки этот навык, в банке заказываются резанные деньги, — объясняет Анна Валышева. — Видов наркотиков много, но у каждого из них есть основное вещество. Именно на них и реагирует собака».

Обнаружив контрабанду, собака может начать специфически себя вести — например, замереть или копать лапами, указывая на подозрительный багаж.

«На вылете у нас работают собаки, специализирующиеся по денежным средствам, на прилете — по наркотикам. Также мы заходим в почтовые и грузовые отделения. Что касается рейсов, то внимание уделяется в первую очередь транзитным — из Стамбула, например», — говорит кинолог.

«Если собака среагировала, мы помечаем багаж. На пассажирском посту, на „зеленом коридоре“ мы его пропускаем через рентген и вместе с инспекторами досматриваем его», — объясняет кинолог.

Анна вспоминает, в 2023 году в чемодане пассажира, прилетевшего транзитным рейсом из Каира нашли 12 тушек фенеков (миниатюрные лисицы. — Прим. ред.). Одна из собак кинологической службы среагировала на специфический запах, и на «зеленом коридоре» инспекторы вскрыли багаж.

«Животные умерли в процессе перевозки. Они лежали в коробках в чемодане среди испорченных фруктов, вяленой рыбы и упаковок с чипсами. Только благодаря собаке их удалось найти», — рассказала кинолог.

Выяснилось, что мужчина приобрел фенеков на рынке в Египте и решил их вывезти, чтобы разводить в России. Документов на животных у него не было, и он упаковал их в чемодан, сделав прорези для воздуха.

«Каждый уходит вместе со своей собакой»

Всего в штате аэропорта Внуково числятся девять собак, четверо из которых проходят обучение. Породы у них разные, но объединяют их выносливость, обучаемость и контактность. Агрессивных на такой службе не держат.

«Две собаки — лабрадор и бордер-колли — ищут денежные средства. Остальные — немецкие и бельгийские овчарки — работают по нашему профилю, по поиску наркотических средств. Важный критерий при отборе на службу — здоровье. Также у собаки не должно быть страхов», — объясняет кинолог.

«Физического проявления со стороны пассажиров не было, только словесные претензии. Общаться с людьми — это, на мой взгляд, самое трудозатратное. Я должна быть в контакте с собакой, а тут нужно просить не трогать собаку, когда она работает, или наоборот — объяснять, что мы не просто так свой нос суем здесь», — говорит кинолог.

Смена Анны и Кобры длится 24 часа, после чего напарницы трое суток отдыхают. Чтобы собака себя комфортно чувствовала, в рабочий график включены перерывы, тренировки и время на выгул. По словам Анны, в среднем собаки служат по 6–8 лет.

«У нас есть рекордсменка — бельгийская овчарка Герса, которая работает уже 10 лет. Она тоже специализируется на поиске наркотических веществ, — объясняет Валышева. — У нее есть и мотивация, и здоровье позволяет. У животных, как и у людей, к старости болячки вылезают: проблемы с лапами, суставами».

Когда ставится вопрос о выходе на пенсию, собака проходит медицинскую комиссию — ее обследуют, смотрят ее анализы и показатели. После дают задание, чтобы собака проявила свою способность к работе.

Но не всегда животных «списывают» по состоянию здоровья. Первой напарницей Анны была бельгийская овчарка малинуа. Вместе они выявляли контрабанду диких растений и животных, находящихся под угрозой исчезновения. Проработали в паре Анна и ее собака четыре года.

«Мне нужно было уйти в декретный отпуск. На тот момент в штате было четыре кинолога, и у каждого уже был напарник, — рассказывает MSK1.RU Анна Валышева. — Собака еще могла поработать, но передать ее было некому. Поэтому я ее забрала с собой — это частая практика, что каждый со своей собакой уходит. Сейчас меня моя „пенсионерка“ дома ждет».

При многих аэропортах — например, в Домодедово, — есть питомники, в которых собаки могут содержаться, когда нет смен. Во Внуково такой опции нет, поэтому Анна и Кобра почти всегда вместе.

«Быть 24 на 7 с собакой, с одной стороны, тяжело. А с другой — это позволяет добиться такого контакта, какого не бывает, когда собака живет в питомнике, и ты ее трое суток не видишь. Домой мы ездим с Коброй на автобусе, сейчас это вопросов не вызывает у людей. Но с прошлой собакой к нам часто подходили и спрашивали про нее — видимо, в диковинку было», — рассуждает Валышева.

Ранее мы рассказывали, как обучают собак, работающих на местах ЧП. Почитайте также, как в Москве работает конная полиция.