Слежка, жестокое видео в даркнете и килограмм героина. Обвиняемый в убийстве впервые назвал причину расправы над Самратом Джавадовым

Матери обвиняемых вместе с адвокатами стоят в коридоре подмосковного Домодедовского городского суда. Женщины кучкуются, пытаясь разглядеть своих сыновей. Скоро начнется очередное заседание по делу об убийстве 30-летнего бизнесмена Самрата Джавадова, тело которого мать нашла через две недели после его странного исчезновения.

Одним за другим в зал судебных заседаний под конвоем заводят: 23-летних Дмитрия Сафронова и Дмитрия Моисеева, 22-летних Никиту Золотарева и Виталия Мельникова. Еще двое обвиняемых — Муса Ахмедов и Амир Абдуллаев — успели подписать контракт с Минобороны и отправились в зону спецоперации. Все они земляки, которые так или иначе были связаны со спортом. По версии следствия, именно эти парни вывезли предпринимателя в лес, где пытали до смерти, снимая весь процесс на телефон.

Ранее один из бывших коллег Самрата Джавадова Даниил Шишкин рассказывал, что в день исчезновения подвез бизнесмена к лесу, потому что ему там что-то нужно было забрать. Там же находились обвиняемые, которые поджидали Самрата. Что происходило дальше — до сих пор официально остается загадкой. Но во время судебного заседания внезапно стало известно, за что спортсмены из Калужской области измывались над Самратом Джавадовым, а также при чем тут видео из даркнета и килограмм героина.

Перед судом в качестве свидетеля выступила мать Дмитрия Моисеева — Ольга — светловолосая женщина с маникюром ярко-синего цвета. Она рассказала о жизни своего сына и об обстоятельствах преступления. Поначалу на вопросы прокурора отвечала односложно: нервничала и, кажется, не понимала, что именно от нее хотят услышать.

«По факту сын жил со мной, но он периодически ночевал у своего друга Дмитрия Сафронова, жил со своей девушкой. Он не находился в одном месте постоянно. Но вещи все его были дома. [Кочевой образ жизни?] — Нет, почему, — недоумевала мать Моисеева. — Мы сами переезжали в тот момент из квартиры, потому что дом построили. Мы сами кочевали».

Ранее мы писали, что отец Моисеева — бизнесмен, который специализируется на «почтовой связи и курьерской деятельности». Мать за несколько лет сменила несколько мест работы на госслужбе. В последнее время вяжет на заказ.

По словам Ольги Моисеевой, ее сын начал работать с 14 лет — косил траву. Когда получил права, стал таксовать, поэтому ездил не только по Калуге. В последнее время Дмитрий числился инженером в местной строительной фирме. Женщина также рассказала, что с одним из обвиняемых ее сын был знаком с ранних лет — с Дмитрием Сафроновым учился еще в школе.

«Он мой старший сын, у меня четверо детей. Он всегда был очень ответственным, всегда смотрел за своими младшими братья́ми», — говорила мать, делая ударение на последний слог слова.

«Машина была не его, а моя. Я ему давала просто пользоваться. Это серебристый Ford Focus 40-го региона. Он у меня с декабря 2023 года. [21 октября 2024 года он пользовался им?] Да, пользовался в этот день и мы созванивались, — с неохотой говорила мать обвиняемого. — Мы про личные наши строительные моменты говорили: надо разгружать, привозить материалы. Мы с ним несколько раз созванивались и решали. Знаю, что в этот день он работал. И людей повез по работе. Куда поехал — не знаю».

Вслед за матерью Моисеева вперед на трибуну перед судьей вышла низенькая тучная женщина с темными волосами и в очках. Это была Оксана Золотарева — мама Никиты Золотарева.

На скамье подсудимых, помимо своего сына, она узнала 22-летнего Виталия Мельникова — бывшего футболиста обнинского футбольного клуба «Квант» (ФК находится в Калужской области). С еще одним обвиняемым — 23-летним Дмитрием Сафроновым — Золотарев учился в одном классе.

«Он рос, как обычный ребенок. У нас была полная семья, всё у нас было хорошо. Никита у нас — домашний ребенок. В сад мы его не отдавали. С трех лет занимался футболом. Очень хорошо пел в хоре, — улыбаясь, рассказывала о сыне Золотарева. — Но он мальчик — стеснялся. Ходил в танцевальную секцию. А потом пошел в футбол. Но у него и папа занимался — играл в калужской команде. В школе не давал каких-то надежд, но неплохо разбирался в математике. В 2016-м у нас умер папа. Никита всё это тяжело переживал. Но, слава богу, выкарабкались».

Мать Никиты Золотарева рассказала, что ее сын никогда не был агрессивным и жестокость по отношению к другим не проявлял.

«Мой сын не живет с нами, он давно отдельно живет, — вспоминала Оксана Золотарева. — Пришел его друг и сказал, что Никиту задержали. Они с утра ездили вместе по делам. Когда Никита был за рулем — его машину остановили полицейские. На каких основаниях — я не знала. Вечером мне позвонил сын уже со своим защитником. Сказал, что его задержали и он в Домодедово. Объяснил, что где-то они с кем-то подрались. И за это их задержали. Больше я ничего не знала».

На следующий день мать приехала в Домодедово к своему сыну и адвокату. Тогда она и узнала, что сына подозревают в убийстве человека.

«Сын говорил, что была драка. Они ездили попугать какого-то молодого человека. А уж по поводу чего там было это попугать — точно сама не знаю. Всё это было страшно. На них вываливали, что они убили. Но я не могла подумать об этом. Да и сын говорил мне: „Мам, мы его не убивали“. Он этого мальчика [Самрата] не знал», — объяснила мать.

С семьей Виталия Мельникова Золотаревы знакомы давно. Еще с детства ребята ходили вместе на секцию по футболу.

«У них нормальная семья, — рассказывала Золотарева. — Семья у них многодетная, у его матери еще двое маленьких ребятишек. Плохой не назовешь ее. Они всегда ребятками занимались. Папа всегда занимался с Виталиком. На все соревнования мы ездили вместе. Занимались в секции долго, а потом каждый пошел своей дорогой. Виталик продолжил заниматься футболом. Но потом завершил, потому что у них умер тренер и их команду раскидали. А так мы все вместе, тем более живем в одном районе».

Вслед за этим прокурор зачитала показания Оксаны Золотаревой, которые она давала на опросе у следователя. В них она рассказала подробности о Дмитрии Сафронове, которого следствие считает подстрекателем и пособником в уголовном деле.

«Семья у Сафронова неблагополучная. Мать злоупотребляет алкогольными напитками, воспитанием занимается тетя, денежных средств в семье было мало. Ранее его отец привлекался к уголовной ответственности», — зачитала документ прокурор.

После этого прокурор зачитала ту часть документа, где был описан день исчезновения Самрата Джавадова. Тогда Золотарев заехал на машине серебристого цвета к своей матери домой и спросил, что у нее есть поесть. В автомобиле он был не один.

«Во время свидания с Золотаревым в СИЗО пояснил, что совершить преступление за деньги ему предложил Сафронов. Причем Золотарев рассказал мне, что все участники понимали, что они должны поймать человека, который является наркоманом. Он когда-то украл килограмм героина. За это они должны были припугнуть его. Как сказал Золотарев, надавать подзатыльников и записать видео с извинениями. Поехать на это дело Сафронов предлагал вместе с Моисеевым, потому что Сафронов и Моисеев жили вместе. Моисеев не участвовал, а ждал на обочине — ребята приходили к нему и грелись в машине».

• Что изменилось спустя год после убийства Самрата Джавадова;

• Мать убитого в лесу бизнесмена впервые посмотрела в глаза обвиняемым в расправе над ним;

• Кто стоит за убийством бизнесмена Самрата Джавадова — новые подробности.