«Как-нибудь договориться» больше не работает. Россияне и бизнес задолжали налоговой триллионы. Нечем платить?

Суммарная задолженность бизнеса и граждан по налогам достигла гигантского уровня — почти 3,3 триллиона рублей. Это на 20% больше, чем за аналогичный период прошлого года, о чем свидетельствуют данные Росстата.

«Рост налоговой задолженности — это не просто статистика, а маркер системного давления на бизнес и домохозяйства. Мы видим, что фискальная нагрузка усиливается одновременно с замедлением экономики, ростом издержек и снижением маржинальности во многих отраслях. В такой конфигурации жесткость налоговых решений становится для компаний критическим фактором выживания», — говорит владелец финансовой компании APGroup, эксперт по личным финансам Алексей Перкулимов.

Перкулимов считает, что в текущих экономических реалиях государство будет только ужесточать контроль.

«Это автоматизация ФНС, перекрестные проверки, работа с разрывами НДС, блокировки счетов. И всё это не „разовая кампания“, а долгосрочный тренд. Поэтому стратегия „пересидеть“ или „как-нибудь договориться“ больше не работает».

Инвестиционный советник и основатель онлайн-университета «Финансология» Юлия Кузнецова согласна с Перкулимовым, что за последний год ФНС существенно усилила контроль: это и автоматизированные сверки, и расширение камеральных проверок, и более жесткая работа с просрочками.

«Формально налоговые ставки не выросли кратно, но фактическая нагрузка на бизнес усилилась именно за счет администрирования и снижения финансовой гибкости компаний», — объясняет Кузнецова.

«Бюджет сейчас дефицитный, поэтому будут приниматься максимально возможные способы взыскания задолженностей по налогам. Кроме того, с 1 ноября взыскание налоговой задолженности со счетов физических лиц возможно без судебного решения», — говорит адвокат московской коллегии адвокатов «Прилепская и партнеры» Елена Чиркина.

Чиркина, правда, полна пессимизма: она считает, что в перспективе Россию ждет резкий рост числа банкротств. Причем как компаний, так и физических лиц, то есть простых граждан. Причина банальна: невозможность рассчитаться с накопившейся задолженностью, причем не только с налоговой, говорит юрист.

«Примечательно, что около 23% всей задолженности приходится на малый бизнес. Думаю, увеличение числа банкротств особенно возможно в секторах с низкой маржинальностью и высокой долговой нагрузкой», — прогнозирует президент и основатель московской коллегии адвокатов «Триада» Светлана Полубинская.

Она перечисляет целый комплекс негативных факторов, с которыми сейчас столкнулся российский бизнес. Рост производственных издержек и высокая стоимость заемных средств, которые приводят к падению прибыльности бизнеса. Инфляция привела к снижению роста реальных доходов налогоплательщиков.

«Плюс влияние ключевой ставки: длительное сохранение высокой ключевой ставки Банка России (в определенные периоды достигавшей 21%) привело к существенному увеличению размера пеней (1/300 ставки за каждый день просрочки)», — напоминает адвокат.

Кузнецова говорит, что даже при текущей ключевой ставке в 16,5% краткосрочные кассовые разрывы в компании быстро превращаются в налоговую задолженность. По мнению эксперта, в условиях жесткой налоговой политики выживают не самые крупные, а самые управляемые компании — с прозрачной финансовой системой и понятной стратегией.

«А вот особенно уязвимы малый и средний бизнес, а также компании с длинным операционным циклом и высокой долей заемного капитала», — говорит Кузнецова.

В целом же все эксперты сходятся во мнении, что российский бизнес должен радикально пересматривать финансовые модели. Сокращать неэффективные издержки, увеличивать горизонт планирования (а не работать «по факту»). Активнее сотрудничать с аудиторами, налоговыми консультантами и адвокатами.

Ну и в крайнем случае подавать заявления на отсрочку или рассрочку по уплате недоимки. Правда, это не так просто: требуется обеспечение (имущество, банковские гарантии), плюс мотивированное объяснение (скажем, угроза банкротства или сезонность бизнеса). Так что доступен такой механизм далеко не всем.

«Но на самом деле ситуация выглядит печально. И я не думаю, что в 2026 году она кардинально поменяется в лучшую сторону», — резюмирует адвокат Чиркова.