«В кабинете для сдачи — кожаный диван и чешское порно»: откровения 21-летнего москвича, который стал донором спермы

В последнее время тема репродуктивного здоровья становится всё более популярной. В Москве женщинам предлагают заморозить яйцеклетки, а в Минздраве планируют проверять детей с 6 лет на бесплодие. Экстракорпоральное оплодотворение теперь не что-то необычное, к чему прибегают в крайних случаях, а обыденность.

21-летний студент Евгений два года назад стал донором спермы. В своей колонке молодой человек рассказал, для чего он это сделал, сколько ему заплатили и каково знать, что на Земле где-то живет твой ребенок, но ты его никогда не видел и не увидишь. Далее — от первого лица.

Два года назад я работал в одном из столичных ресторанов. Однажды к работавшим в заведении парням обратился наш администратор. Он спросил, не хочет ли кто-нибудь из нас стать донором спермы для семьи его близкого друга. Материал из каталога, который предлагают в клиниках, не подошел бы — для пары важно было сохранить чистоту крови. Поскольку все мы, сотрудники заведения, были представителями того же этноса, легче было привлечь к этому делу нас.

Всего в коллективе нас было пятеро парней. Коллеги отказались по этическим соображениям — мол, в этом ребенке будет их ДНК, он будет жить где-то на свете, а они никак не будут связаны. Не замотивировала их и возможность подзаработать.

Я же относился к этому проще. Подумал, что в первую очередь — это помощь семье, которая мечтает о ребенке. А во-вторых, возможность заработать. В тот период у меня были проблемы с финансами, а тут 30 тысяч, двадцать из которых от клиники и еще десять — от администратора.

Я записался в клинику репродуктологии на прием. Как сейчас помню, находилась она у станции «Красные ворота». На парковке стояли дорогие авто, обслуживание на высшем уровне. Перед сдачей материала мне необходимо было пройти медицинское обследование: сдал анализы, посетил окулиста, уролога и генетика. Врачи спрашивали у меня про мою родословную, про болезни у членов семьи.

Во время похода я также сдал сперму, чтобы они выяснили, насколько мой материал хорош. Я узнал, что у многих мужчин есть проблемы по этой части — сперматозоиды либо деформированы и нежизнеспособны, либо их скорость слишком мала. По статистике, каждый пятый испытывает проблемы с зачатием.

Я спрашивал у менеджера в клинике, много ли в Москве доноров. Он ответил, что да, но не весь материал попадает в каталог, чтобы его могли приобрести и использовать. Действительно хорошей спермы, у которой высокий шанс к оплодотворению, мало. В этом смысле мне повезло с генетикой.

В моей карточке, помимо физических данных, также был указан мой психотип, прикреплены детские фото. Помимо этого, меня попросили написать свою биографию, перечислить свои хобби, планы. Для потенциальных родителей важно знать, от какого человека они берут материал. Есть мнение, что ребенок может перенять черты донора, например математический склад ума. Но я в это не верю. Мне кажется, в первую очередь человека формирует среда, в которой он растет.

За две недели до сдачи материала требуется не употреблять алкоголь, не курить. Также в этот период важен хороший сон и правильное питание. В день сдачи ты приходишь к урологу, он выдает тебе баночку для анализов. Я попал на девушку-врача. И это только добавляло неловкости. Представьте, молодая красивая женщина вам говорит: «Вот вам баночка, проходите в кабинет. Не торопитесь. Как закончите — приходите».

Кабинет для сдачи материала представлял собой комнату пять на пять метров. Внутри был кожаный диван и огромная плазма, на которой крутили то ли чешское, то ли немецкое порно. Также были одноразовые простыни, салфетки и антисептик. Пробыл я там минут 10, после чего вернулся к урологу и отдал баночку со спермой.

Спустя три месяца после этого нужно было вновь приехать в клинику и сдать анализы. Так проверяются инфекции, которые в момент сдачи могли быть в инкубационном периоде, например ВИЧ. Только после того, как приходят результаты, выплачиваются деньги.

Я спросил у администратора: «А узнает ли донор, что его сперму успешно использовали?» На что мне ответили, что нет, поскольку подписываются документы о неразглашении. Пара о доноре знает всё, он про них — ничего.

Спустя год после моего последнего визита в клинику мне позвонили и сообщили, что родился ребенок. Сложно описать ощущения от этой новости. Как будто у друга родился ребенок. Была и эйфория, что я кому-то помог. Я могу понять радость этой пары, потому что в будущем тоже хотел бы иметь ребенка. Даже двух. Я потом весь день, можно сказать, ходил вприпрыжку.

О том, что я стал донором спермы, знает всего пару друзей, из семьи — никто. Неловко об этом говорить, да и я не уверен, что меня правильно поймут. Жалею ли я об этом опыте? Точно нет. Здесь уж каждый решает, как ему поступить.