Московской пенсионерке Елене пришлось пройти через множество испытаний. Женщина говорит, что всё началось с того, что черные рейдеры выкупили долю в ее квартире. После этого они стали терроризировать семью женщины, включая ее мать — ветерана войны.
Уже несколько лет Елена судится с Департаментом городского имущества. Ее дом попал в программу реновации, и женщина пытается добиться того, чтобы их с мошенниками расселили в разные квартиры.
«Мама, он меня избил, мы разводимся»
Родители Елены были ветеранами Великой Отечественной войны. Мама женщины, Нина Артемьевна, была кардиологом, но в советское время ей пришлось оставить медицину и пойти работать на Северную водопроводную станцию, чтобы получить квартиру.
В 90-е годы Елена купила себе отдельное жилье и уехала туда с мужем и детьми. Позднее не стало ее отца и мама осталась одна в квартире. Однако спокойно дожить старость Нине Артемьевне так и не удалось.
У Елены есть дочь 1989 года рождения. Девушка страдает от патологии сосудов головного мозга: бывают периоды, когда она не до конца осознает свои действия и не может ими руководить.
— Я всегда ее считала нормальным человеком, хотя врачи говорили, что надо признавать ее недееспособной, раз бывают такие моменты. В 2011 году она вышла замуж, через несколько лет родила ребенка. Я ее мужу сразу сказала, что ей нельзя нервничать, чтобы не становилось плохо, — вспоминает Елена.
В конце 90-х родители Елены предложили ей приватизировать жилье и оформить собственность пополам с дочерью, которая на тот момент была еще ребенком.
«Мы договорились, что, пока живы родители, квартиру не будут делить и продавать»
Однако что-то пошло не так и в жизни женщины начались тяжелые испытания. Елена уверена: за произошедшим стоит муж ее дочери, который знал о ее болезни и мог манипулировать ей.
— В 2017 году раздается звонок: «Мама, он меня избил, мы разводимся». С этого момента и до настоящего времени я свою дочь не видела. Иногда она звонит, но по голосу я понимаю, что ей страшно, ее запугивают. Иногда кто-то пишет от ее имени, но я не уверена, что это она, — рассказала героиня.
Вскоре после этого Елена получила повестку в суд об определении долей в праве собственности.
— Я была в шоке, ведь дочь дала слово дедушке на смертном одре — и вдруг началась дележка, — сказала она.
Елена рассказывает, что эти документы собрал ее зять: он решил продать долю своей жены. Вскоре после этих событий он ушел от девушки и завел новую семью.
«Они хуже фашистов»
Спустя некоторое время Елене позвонила соседка и сказала, что в квартире Нины Артемьевны вскрыта дверь. Когда женщина прибежала туда, она застала маму плачущей, с окровавленными руками.
В тот день к ним в дом вломились «дольщики», выкупившие ту самую половину квартиры. Они разбили портреты покойных отца и брата Елены — так рейдеры хотели запугать бабушку-ветерана и принудить ее к сделке по продаже оставшейся части квартиры.
Нападавшие в этот момент продолжали находиться в квартире. Они стали провоцировать младшего сына Елены на драку, но парень спокойно стал разговаривать с мошенниками, медленно оттесняя их в сторону входной двери.
После этого семья вызвала полицию и мужчин вывели из дома.
— Полиция ушла, и они потом вернулись. Таких нападений было очень много: день-два — и они опять ломятся, — рассказала Елена.
«Мама сидит, плачет и кричит: "Лена, они хуже фашистов". Это было очень страшно»
Профессиональные «соседи»
Женщина сообщила, что их семья — далеко не единственная среди всех, кто пострадал от преступных действий компании.
— Нашей долей занималось агентство недвижимости, — рассказала Елена. — Фактически именно его генеральный директор был владельцем нашей доли, хотя ее выкупила другая женщина — подставное лицо.
Согласно базе данных «Спарк», компания, о кото