«Главное — не опускать руки». Ветеран СВО из Балашихи оказался на коляске после ранения и заново учится ходить

За плечами у Кирилла Комова из Балашихи Московской области — срочная служба в армии и два года службы по контракту в 228-м мотострелковом полку в Екатеринбурге. В феврале 2022 года он отправился на СВО, а в начале марта получил осколочное проникающее ранение с повреждением спинного мозга, что приковало ветерана к инвалидной коляске. Сейчас Кирилл дома, проходит реабилитацию и восстанавливает здоровье. Он рассказал в интервью о службе и тяжелом ранении.

— Как вы попали на СВО?

— Служил по контракту, вот и отправили туда разведчиком. Оказался в Клинцах, в первых рядах, и пробыл на СВО всего полторы недели. За это время сменили где-то три точки, на четвертый-пятый день осели под Черниговом, в поле рядом с лесом. Сделали окопы, всё обустроили, и 7 марта начался обстрел.

— Так вы и получили ранение?

— Да. Не сориентировался сразу, что делать, просто бежал, и на полпути меня зацепило. Ранение получил при обстреле либо с минометов, либо с «градов». Я так и не понял, что это было. Где-то недалеко снаряд взорвался, и в левый бок прилетело. Всего три осколка: один — в спинной мозг, другой — в область рядом с сердцем, а насчет третьего уже не вспомню. Сразу шок, через полчаса потерял сознание… Реанимировали меня суток пять примерно. Сначала лечился в военном госпитале Санкт-Петербурга, 15 операций у меня было.

— Как проходит реабилитация?

— После долгих месяцев в госпитале меня направили в Химки, где я пробыл еще 3−4 месяца. Потихоньку начали меня поднимать, получилось поставить на четвереньки. Дальше я поехал в Солнечногорск, это тоже Московская область. Там стало еще легче, приободрили меня. Еще в пансионате в Крыму полечился, отдохнул. Сейчас уже научился сидеть, ползать, начинаю ходить потихоньку. Слава богу, руки и ноги на месте, поднимали меня шесть врачей, двое, в том числе нейрохирург, сказали, что я точно встану. Главное — не унывать, не опускать руки, не говорить: всё, я ничего не могу. Врачи объясняли: потерпи немного, позанимайся, у тебя есть потенциал, всё будет нормально.

— Насколько сложно адаптироваться к новой жизни после ранения?

— Психологически нет никаких сложностей. Что случилось, то случилось. Сейчас просто пытаюсь вернуться в обычную жизнь. И физически мне помощь уже тоже не требуется. Поначалу, конечно, было нелегко. Заставлял себя делать хоть что-то: помыть кружку, налить воды. Раз можешь держать телефон и набирать сообщения, значит, можешь многое. Даже если руки слабые, но что-то ведь можно делать. Всё начинается с малого.

— Кто вам помогал?

— Мама каждый день была рядом. Она меня увидела где-то через месяц после ранения, приехала с младшей сестрой. Тяжело ей, конечно, было… А квартиру помогли адаптировать в фонде «Защитники Отечества» и администрации Балашихи: установили новую кухню и систему «Умный дом», поменяли гостиную и ванную.

— Что в целом самое тяжелое и самое приятное после возвращения с передовой?

— Самое тяжелое — это восстановление все-таки, в самом его начале. И радость больше всего приносят результаты реабилитации. Я молодой, вся жизнь впереди, у меня много планов на будущее. Хочу учиться, создать семью, может, даже дом построить. Сидеть без дела, притворяться слабым — мне кажется, это совсем не то. Нужно идти дальше.

— Что бы вы посоветовали бойцам, которые попали в такую же ситуацию?

— Не сдаваться и медленно, но уверенно возвращаться к привычной жизни.